— Опасно. Давай-ка мы доедем, засядем в номере, а потом вызовем твоих — охрану, бронеавтомобиль. Так будет правильнее.

— Как скажешь, милый… — Василиса доверчиво положила голову мне на грудь, я покрепче прижал девушку к себе и замер, боясь пошевелиться. Мне было хорошо, несмотря на все эти дрязги и разборки.

— Здравствуйте! — обратился я к дежурному администратору гостиницы. — Нам нужен номер на ночь. Только чтобы в нем и ванна была, и все как положено. Что-то вроде номера для молодоженов. Можете найти такой?

Дама пошевелила губами, как будто подсчитывая возможную прибыль, и подозрительно спросила:

— А паспорта у вас есть?

— Деньги у нас есть, — хмуро объявил я. — Что, этого недостаточно?

— Вообще-то нет! — гордо ответствовала дама. — Может, вы вообще террористы какие-нибудь? Как можно без паспорта? А я потом отвечай?

— Кому отвечай? — сухо осведомился я.

— Вообще — отвечай, — невозмутимо парировала дежурная. — Номер есть, люкс, стоит семь тысяч в сутки. Большая кровать, ванная, туалет, телевизор, кондиционер. Но без паспорта нельзя.

— Плачу восемь тысяч и заселяюсь, — ударил я тяжелой артиллерией. Снаряд рванул купол дота, но тот выдержал, слегка дрогнув:

— Ээээ… нет. Без паспорта нельзя.

— Помню все паспортные данные, — соврал я. (Ну кто, скажите на милость, запоминает эти чертовы паспортные данные? На кой черт?) — Плачу девять тысяч, две без квитанции.

— Ээээ… нууу… если помните данные, тогда… в порядке исключения… — залебезила дама. Уверен, дай ей побольше — она бы пошла довеском к номеру. Все зависело от суммы. Не осуждаю, нет — у каждого своя судьба, и каждый сам кузнец своего счастья. Или несчастья. Вот я — последнюю неделю упорно кую свое несчастье, и ничего — пока жив. И намерен пребывать в этом состоянии как можно дольше.

Двадцать минут заполнения анкет. (Указали вымышленные имена, само собой. Ну — я Симаков из Магнитогорска, чего велосипед придумывать…) Ключи получены, и мы поднимаемся по лестнице на второй этаж.

Я бывал в гостиницах, и не раз. По работе. А вот так, чтобы в них жить — как-то не приходилось. «Ночная» мне запомнилась случайно — был у нас какой-то эпизод из уголовного дела, пришлось разыскивать некого кадра, и он якобы останавливался в этой гостинице. Вот и отложилось в голове это название. Тем более что она находилась в тихом месте, куда не сразу ткнутся преследователи, если вдруг у них в головах возникнет мысль искать нас по гостиницам. Но я сомневался, что так будет. Ведь что должна сделать нормальная жертва? Тут же броситься за помощью к папочке, домой. И тут ее и можно перехватить. Но только забыли, что с жертвой опер, хоть и молодой, но достаточно тертый и хитроумный. (Ну кто еще меня похвалит, если не я сам?) Залечь на дно, все обдумать, и тогда… тогда посмотрим.

Длинный коридор, ковер на полу, тишина, какие-то фикусы-пикусы и гортензии — для меня они все на одно лицо, просто слышал такие названия, а чем отличаются друг от друга — да черт их знает. Дверь в номер довольно приличная — нужно попотеть, чтобы выбить. Хммм… и чего это меня все тянет на какие-то странные эпитеты — дверь — выбить, окно — выломать, девушка — хммм… в общем, понятно. Видимо, специфика работы.

Отпер дверь, подтолкнул туда застывшую в каком-то ступоре Василису, вошел сам, захлопнул, осмотрелся: а чего? Вполне прилично. Попробовал пальцем стол — пыли нет. Заглянул под телевизор — облегченно вздохнул — тараканов нет.

Мне дед рассказывал, как он в девяностые годы двадцатого века жил в одной гостинице столицы — ныне этой гостиницы нет, снесли. Так вот — там под телевизором «Голдстар» была база тараканов, рыжих и наглых. Они все время выглядывали из-под аппарата и ждали, когда наивный жилец оставит свою недоеденную пищу на столике и отойдет от нее на минутку. Тогда в поход «за зипунами» отправлялся целый караван рыжих ушкуйников, тут же облеплявших еду и норовивших утащить ее в недра телевизора. Не спасали никакие травли этих гадов, никакие процедуры по уничтожению — тараканы были неотъемлемой частью гостиницы, и все смирились с их наличием. Потом гостиницу снесли, и я подозреваю, что одним из мотивов было желание отомстить рыжим ворюгам за сожранную еду.

— Ты чего так дрожишь, замерзла? — озабоченно посмотрел на синюю Василису, у которой тряслись губы и клацали белые, не вставные зубы. (Кстати, на удивление здоровые у нее зубы. Ни одного больного! Впрочем, у меня тоже. Всегда было моей гордостью. Но вот девушку со всеми здоровыми зубами встречаю впервые. Они все любят сладкое, так что с зубами у девиц частенько ай-ай…)

— Чччччегггоо спрашиваешь? Не видишь, я почти голая? Полночи по улице бегаем! Не лето ведь! Васенька, сделай чего-нибудь, окоченела! И есть хочу…

Я пошел в ванную, с удовлетворением отметил, что везде приклеена наклеечка — «Дезинфекция». Так что мое чувство брезгливости притихло. Пустил воду в ванную, и она с шумом и ревом понеслась в свое белое ложе. Пощупал воду — ага, пока теплая, потом добавлю погорячее. Или сама добавит…

— Иди сюда! Вот — раздевайся, полезай, отогревайся! — скомандовал я решительно. — Давай твою сумочку. Магзеркало на месте? Сейчас закажу нам чего-нибудь в номер. Надеюсь, здесь есть доставка в номера.

— Скажи — «Китайская кухня» — и тебя соединят с кафе. Я люблю их еду, и они привозят по адресу. И не очень дорого. Помоги снять платье, а то порвется все. — Василиса встала ко мне спиной и вытянула руки вверх. Я осторожно потянул ее «кисею», и она осталась в одних трусиках, которые тут же полетели на пол. Девушка, клацая зубами и подвывая, как оборотень во время случки, перешагнула бортик ванны и с наслаждением погрузилась в горячую воду, застонав от наслаждения.