– Извините, Сергей Сергеевич, это я не вам. Здравия желаю.

– Рад, что не теряешь времени даром. Опять бездельничаешь?

– А чем мне прикажете заниматься в отпуске? Набирать рекрутов для «Фрегата» или читать материалы съезда руководящей партии? Я, слава богу, в ней не состою.

– Ладно-ладно, – идет на попятную генерал. – Извини, что нарушаю твой безмятежный отдых.

Настороженно интересуюсь:

– Что-то случилось?

– Есть одна проблемка, – мнется он, явно испытывая неловкость, – требующая твоего присутствия.

Мои глаза округляются, изображая «всю печаль еврейского народа». Ощущение настолько паршивое, что может сравниться только с обнаружением вмятины на крыле купленного час назад автомобиля.

– Неужели без меня не обойтись? Там же Устюжанин! Разве он не справится?

– Проблема довольно серьезная, и будет лучше, если вы займетесь ею оба.

– Хорошо, – цежу я в аппарат, еле сдерживая крепкие словечки. – Вкакой части света родилась ваша проблемка?

– Недалеко. На одной шестой части суши. Вобщем, двенадцать часов тебе на сборы и… Завтра к вечеру жду в своем кабинете.

Возвращаюсь в номер, не успев стереть с лица недовольство.

Катя вопросительно глядит на меня.

– Вот и закончился мой отпуск, толком не успев начаться, – сажусь я на кровать. – Завтра придется возвратиться в Москву.

– Сколько у нас осталось времени?

– Часов десять.

Она касается моего плеча. Изовет:

– Иди ко мне…

Вальтер сгорал от нетерпения и еле сдерживал эмоции. Мартин, тащивший в руке обычную лопату, еле поспевал за его широким шагом.

– Живее! Ни к чему нам тут светиться, – поторопил «профессор» на ступеньках крыльца Дома советов.

Проникнув внутрь и включив фонари, они добрались до знакомой секции подвала. Освободив от маскировки круглую дыру в бетонном полу, Вальтер приказал:

– Копай. Аземлю аккуратно складывай на фанеру.

Натянув на ладони перчатки, здоровяк принялся за работу…

Отверстие в бетоне было сделано с большим запасом. Изучая чертежи бункера, Вальтер не смог разобраться, в какую сторону откидывается крышка люка. Не припомнил этой детали и старик Рауфф. Пришлось долбить дыру большего размера.

«Диаметр– полтора метра, толщина слоя– шестьдесят сантиметров, – подсчитывал в уме Вальтер, собирая грунт в пакет и разбрасывая его по соседним подвальным закуткам. – Яне силен в формулах, но интуиция подсказывает, что вынуть придется больше куба…»

Работа и в самом деле затянулась. Грунт под разбитым фундаментом был плотным, как камень. Атлетически сложенный Мартин с трудом вгонял в него острый титановый штык, напирал ногой, но срезать получалось всего полтора-два сантиметра.

Спустя пятнадцать минут он отбросил лопату, уселся на бетонном краю ямы и, вытирая пот с лица, сказал:

– Перекур. Дай сигарету…

Примерно через три часа нудной и тяжелой работы штык лопаты скользнул по тверди, издав металлический лязг.

– Крышка? – насторожился Вальтер.

– Похоже, – тяжело дышал Мартин.

– Ну-ка очисть немного…

Товарищ принялся скоблить оставшийся слой грунта. Искоро в лучах фонарного света отчетливо проступила ржавчина, покрывающая плоскую металлическую поверхность…

– Точно, крышка!

Позабыв об усталости, воодушевленные «археологи» бросились расчищать долгожданную находку.

Последние слои грунта давались с трудом. Налипшая на металл земля порой отставала только со слоями ржавчины.

Но они справились.

– Готово, – упали оба на бетон.

– Понимаю, что нужно торопиться, но не могу… Объявляю пятиминутный перерыв, – тяжело дышал Вальтер.

Мартин потянулся за сигаретами.

– Поддерживаю…

После перекура они тщательно очистили люк от остатков грунта.

В процессе этой работы сбоку от крышки появилась небольшая табличка, приклепанная к основанию люка. На табличке значился год изготовления и название немецкого металлургического концерна.

– А где же ручка? – удивленно спросил Мартин. – Как мы поднимем крышку?

Судя по размерам, крышка весила под сотню килограммов, и выковырять ее из паза было не так-то просто.

Однако Вальтер хитро подмигнул:

– Сбивай табличку.