Шрифт:
— Да, — сказал Алекс.
— Я не голоден, — заявил Квентин.
— А кофе там есть?
— Можешь взять себе хоть целый кофейник.
— Сдаюсь. Идем, Квентин, я куплю тебе газировки.
— Я не голоден.
— Ты подросток. Вы всегда голодные. — Хотел Квентин есть на самом деле или нет, но лично я действительно проголодалась, и сэндвич с кофе помог бы мне лучше сосредоточиться. — А можешь довести нас до столовой?
— Вам требуется проводник из местных? — весело поинтересовался Алекс.
— Будь добр. Если, конечно, ты не думаешь, что у вас еще осталось достаточно персонала, чтобы посылать за нами поисковые группы.
— Не настолько уж здесь запутанно.
— Ну да, конечно. — Я накрыла простынями Барбару и Юи. Может, им самим и все равно, но мне — нет.
Квентин швырял стаканчики в мусорный бак, не заботясь о том, что в них еще осталась вода.
— Ты когда-нибудь был в Тенистых Холмах? — спросил он Алекса.
— Нет, не случалось.
— Дилетант, — буркнул Квентин и начал подниматься по лестнице.
Я позвала его, но он не остановился. Я вздохнула и пошла следом.
Алекс поднялся за мной, задержавшись, чтобы закрыть дверь в подвал. На замок она не запиралась.
— И что такого в том, был я в Тенистых Холмах или нет?
Он явно старался вернуть мое расположение, и я, отметив его искренне расстроенное лицо, сдалась.
— В Тенистых Холмах еще хуже, чем у вас. Подозреваю, у Торквилей наследственная неприязнь к линейному пространству. Я там практически коренной житель и все равно до сих пор теряюсь.
— Это место с непривычки сбивает с толку, но потом уже лучше. Ты приспособишься.
— Да уж, надеюсь. — Квентин опережал нас футов на десять, и я крикнула ему: — Если не знаешь, куда идешь, то лучше остановись. — Он, обернувшись, бросил на меня сердитый взгляд, но встал, давая себя догнать. — Вот так-то лучше. А теперь пойдем.
Алекс вел нас — надо думать, оптимальным маршрутом — по коридорам, соединявшим комнаты безо всякого внимания к законам архитектуры и требованиям здравого смысла. Законам физики здание, впрочем, не подчинялось тоже, поскольку располагалось внутри холма фейри. Квентин шел в мрачном молчании, но Алекс восполнял это оживленной болтовней, показывая нам причудливые подробности внутреннего устройства холма и не слишком удачно пытаясь шутить. Я не особенно прислушивалась. Вокруг умирают люди.
— Когда мы уже придем? — резко спросил Квентин.
— Терпение, молодой человек! — провозгласил Алекс и в ответ на злобный взгляд поправился: — Почти пришли. Столовая прямо по курсу. — Сказав это, он повернулся ко мне и, широко улыбаясь, подмигнул. Я почти машинально улыбнулась в ответ. Трудно было злиться, когда Алекс из кожи вон лезет, чтобы заслужить мое одобрение.
— Вот и хорошо, — сказал Квентин.
Мы завернули за угол и увидели дверь столовой. Квентин рванул вперед чуть не бегом, Алекс шел за ним более спокойным шагом и, остановившись перед дверью, открыл и придержал ее для меня.
— После вас, — заявил он с преувеличенной галантностью.
— После Квентина, хочешь сказать. — Он так заметно старался, чтобы у меня поднялось настроение, и у него почти получалось. А если я сейчас еще и поем… Еда прогонит тошноту и головокружение, а если нет, то хотя бы перебьет вкус крови. Впереди, судя по всему, предстоял долгий день, и нужно было пользоваться всем, что способно помочь.
— Ага, точно, — сказал Алекс и вошел вслед за мной.
Глава 10
Добыв себе чашку кофе, я подошла к висящему на стене телефону-автомату. Гудка в трубке не было. Я озадаченно нахмурилась, но, вспомнив, что Джен говорила насчет внешних линий, нажала девятку. Удачно, потому что послышалось знакомое гудение. Я набрала номер японского чайного сада и, скармливая один четвертак за другим, принялась ждать окончания записанных на пленку указаний оператора.