— Я спрашивал у Терри.

— О чем вы? — не выдержала я. Оба отводили глаза. Я перевела взгляд на Гордан, но даже та не поднимала глаз от моей руки. — Я чего-то не знаю? При чем тут Алекс?

— Ничего такого, о чем тебе сейчас стоило бы беспокоиться, — сказала Джен. Я смерила ее взглядом, и она вздохнула. — Поверь на слово. Просто тебе нужно немного отдохнуть.

— А ты объяснишь, что происходит, когда я проснусь?

— Объясню. Даю тебе слово.

Я взглянула на нее, она — на меня. Наконец я, покачав головой, сказала:

— Квентин, Коннор.

— Что?

— Я немного посплю. Никуда друг от друга не отходите. При малейшей угрозе — будите меня. Поняли? — Они неохотно кивнули. — Вот и хорошо. Квентин, чтобы никаких драк с Гордан, пока я сплю.

«Хотя она этого заслуживает», — прибавила я мысленно.

— Но, Тоби…

— Никаких «но». Даже если она первая начнет. Я слишком устала, чтобы разбираться еще и с этим.

— Ладно, — вздохнул он.

Джен строго посмотрела на Гордан.

— К тебе это тоже относится. Оба ведите себя прилично.

— Как скажешь, — ответила Гордан, завязывая мне бинт и складывая аптечку.

Я посмотрела, как она это делает, и поинтересовалась:

— А можно сначала болеутоляющего?

Джен улыбнулась, почти печально, и сказала:

— Гордан?

— Да, могу ей дать тайленола. — Она вытащила из аптечки пузырек и кинула его Джен. Я протянула здоровую руку, и Джен положила мне на ладонь три маленькие белые таблетки с такой торжественностью, как будто вручала драгоценности индийской короны. Я закинула их в рот и, не запивая, проглотила одним судорожным глотком. Не знаю, как мы вообще справлялись с магическими ожогами в те времена, когда в аптеках не было отпускаемых без рецепта таблеток против боли, но подозреваю, что фейри в старых сказках такие злые именно по этой причине.

Гордан выхватила пузырек из руки Джен и хмуро сказала:

— Будь осторожна. Рука какое-то время будет слабой, по-хорошему швы бы наложить. Если не хочешь потерять палец — не перенапрягайся.

— Ясно, — кивнула я.

— Не за что. — Она провела рукой по своим торчащим прядками волосам и метнула ненавидящий взгляд на Квентина. Тот ответил тем же. — На твоем месте я бы не благодарила.

— Гордан… — начала Джен.

— Как скажешь, — повторила та, развернулась и вышла из столовой.

Квентин скорчил ей вслед гримасу.

— Ну что за…

— Замолкни, — сказала я, кое-как поднимаясь на ноги. Коннор бросился меня поддержать. — Да, я знаю, она именно то, что ты хотел сказать, но не надо вслух. И больше не поднимай на нее руку.

— Хорошо, — откликнулся Квентин. Кончики ушей у него были красные, то ли от злости, то ли от смущения.

Эллиот вздохнул.

— Ну наконец-то закончили.

— Могло быть и хуже, — ответила я дипломатично.

— Пожалуйста, извините меня, оба, — сказала Джен.

— Ничего особенного. Мы все на взводе. — Я выдавила улыбку, опираясь на Коннора. — Если не возражаешь, я прилягу, пока голова не пройдет.

— Конечно. — Джен отвела глаза, но я успела в третий раз заметить то странное, как бы понимающее выражение на ее лице. Что, черт возьми, происходит? — Эллиот, ты идешь?

— Да.

Продолжая держаться за Коннора, я вместе со всеми вышла из столовой и прошла по нескольким коридорам из их бесконечного здесь количества. Мы остановились у маленькой комнаты отдыха с футоном, столом и древним цветным телевизором. Проигнорировав как телевизор, так и тот факт, что все слишком явно видят, насколько я ослаблена, я рухнула на футон и закрыла глаза.

— Тоби? — позвал Квентин.

— Побудь с Коннором, — ответила я, не открывая глаз. — Если заскучаешь, позови Эйприл поболтать. Тебе ведь нравится Эйприл. Веди себя… хорошо… — Я устала сильнее, чем мне самой казалось, и уже засыпала.