— Да.

— Следовательно, ночные призраки не забирают тела…

— Потому что им все равно, — сказала Гордан и, крепко взяв меня за пальцы, дернула их вниз. Боль была просто ужасная, и я заорала.

Дальнейшее я помню смутно. Джен вскрикнула. Я попыталась вскочить на ноги, но Коннор надавил мне на плечи. Квентин сделал движение, и внезапно оказалось, что за руку меня никто не держит, Гордан сидит на полу, прижав к щеке ладонь, а Квентин стоит между нею и мной со сжатыми кулаками.

— Не трогай ее!

Гордан встала, сверля Квентина взглядом. Мой помощник навис над ней, но она, не обращая на это внимания, прошипела:

— Давно пора надрать твою чересчур привилегированную задницу!

— Рискнешь попытаться? — огрызнулся Квентин.

— Прекратите! — вмешалась Джен. Ее проигнорировали. От чего бы ни возникла эта скрытая вражда, сейчас она прорвалась наружу.

— Может, и рискну, — сказала Гордан, делая шаг вперед.

Я сделала глубокий вдох, борясь с головокружением, и заставила себя встать. На этот раз Коннор не стал меня держать. Вставать было трудно, мокрый пол скользил, но я кое-как удержала равновесие.

— Вы оба это прекратите или мне пойти куда-нибудь еще? — спросила я.

На лице Квентина появилось пристыженное выражение.

— Тоби, сядь, тебе не надо было…

— Гордан, хватит, — вклинился Эллиот.

— Он меня ударил.

— Ты это заслужила, — сказала Джен. — Так, все закончили дурить? Тоби, сядь. Квентин, остынь. И все-таки, Гордан… зачем ты чуть не оторвала Тоби руку?

— Затем, что мне нужно было проверить, чувствует ли она свои пальцы, — угрюмо сказала Гордан, потирая щеку.

— Что ж, теперь ты это знаешь. Больше так не делай.

Гордан начала что-то говорить, но Джен подняла ладонь.

— Ничего не хочу слышать. Да, он тебя ударил, да, ты это заслужила. Но я хочу успеть дослушать весь рассказ еще сегодня.

— Ладно, — вздохнула я и снова села, оперевшись на Коннора спиной. Он снова положил ладони мне на плечи, давая молчаливую поддержку.

Гордан, ворча, опустилась рядом со мной на колени. Не отрывая от нее взгляда, Квентин отступил на шаг. Стоит ей сделать одно неверное движение, и она об этом пожалеет. Джен наблюдала за ними, скрестив на груди руки, сзади вплотную к ней стоял Эллиот. Я окинула всех взглядом, понимая, насколько плохо обстоят дела. У меня от сочетания усталости и магического ожога кружится голова, тошнит, а теперь выяснилось, что я еще и собственного помощника не в состоянии контролировать. Предполагается, что я должна оказывать этим людям помощь, а я стоять-то едва могу.

— Не ерзай, — сказала Гордан, намазывая мне ладонь антибактериальной мазью.

Я послала Квентину строгий взгляд в надежде, что он поймет намек и не будет дергаться, и продолжила рассказ:

— Ночные призраки не избегают здесь появляться. Просто у них нет причин забирать тела.

— Но что нам тогда с ними делать? — спросила Джен.

— Придется их сжечь — так поступали в те времена, когда ночных призраков не было.

Джен побледнела и охнула.

— Это может подождать, а в данный момент нам нужно выяснить, что происходит… а-а-ай! Гордан! — Та туго затянула бинт вокруг кисти, сводя края раны. Квентин двинулся вперед, и я здоровой рукой сделала ему знак остановиться. — Больно же!

— Ну извини,? протянула Гордан, продолжая меня бинтовать. Пальцы у меня онемели, и я что-то сомневалась, что это хорошо. — У меня нет нужных приспособлений, чтобы наложить швы без опасности внести заражение, а кровотечение необходимо остановить до того, как тебе понадобится переливание. Если, конечно, не хочешь попробовать рассказать человеческим докторам, что с тобою приключилось.

— Да уж, — пробормотала я и прижалась щекой к груди Коннора, стараясь отвлечься от боли. Не помогло. Голова болела так, что я с трудом могла связно мыслить.

Эллиот взглянул на меня и произнес:

— Джен, непосредственно перед тем, как… что она там сделала… она встречалась с Алексом. Думаю, ей нужно хорошенько отлежаться.

И снова то выражение на лице Джен, мелькнуло и исчезло.

— Ты уверен?