— Не будь такой скромницей, Джесс. Мы ведь еще женаты, и потом, ты не раз видела меня без штанов.

— Можно мне закурить? — спросил Тревис после обеда.

— Конечно нет. Иди на крыльцо.

— Джессика, там же льет как из ведра.

— Ты должен бросить курить. Это очень плохо для твоего здоровья.

— Ерунда.

— Все, что вызывает кашель, вредно для здоровья.

— У меня сигареты не вызывают кашля.

— Вызывают. У меня вызывают кашель.

— А я не знал, что ты куришь.

Джессика внимательно смотрела на него.

— А на нефтяных разработках это вдвойне опасно. Неужели находятся глупцы, которые рискуют взорваться из-за сигареты. Какая женщина захочет поцеловать мужчину, курящего сигареты?

— Если ты захочешь целовать меня, я брошу курить.

— Совсем недавно один тип пытался уговорить меня инвестировать его аренду. Но он курил, поэтому я, естественно...

— ...отказалась поцеловать его, я надеюсь.

— Отказалась вложить деньги.

— Держись подальше от таких типов, — посоветовал Тревис. — Только деньги потеряешь. Если он натолкнется на сухое пространство, там вообще ничего не будет, а если даже попадет в фонтан, нефть будет плохой. Ты рискуешь получить не больше, чем баррель воды, теперь повсюду сухие скважины.

— «Гэли и Гаффи» наткнулись на два фонтана.

Тревис пожал плечами.

— Так это же на холме. Ладно, давай перейдем в гостиную. Я думаю, собачке скучно и одиноко.

Джессика кивнула и встала из-за стола.

— Я посоветую дедушке вложить деньги в сигареты и пиво. Они принесут дохода больше, чем нефть, по крайней мере здесь, в Бьюмонте.

Тревис рассмеялся и похвалил ее коммерческую смекалку. Она улыбнулась и опустилась на овчинный коврик поиграть со щенком. Тревис не мог отвести от нее глаз. Как прекрасно выглядит, какая красивая. Блики огня на блестящих золотых волосах, изящная нежная шея, высокая грудь под облегающей блузкой. Как он хочет ее! Если она не разрешит ему остаться, он не выдержит и пойдет в Дип Крокет. Может, нужно сказать об этом Джессике? А может, и не нужно. Может, она его уже больше не любит.

Он сел в ее большое кресло с левой стороны у огня и тихо попросил:

— Джесс, посмотри на меня.

Она подняла глаза.

— Ты уже забыла меня?

Джессика отвела глаза.

— Я не могу изменить прошлое, понимаешь? Но я обещаю предпринять все возможное, чтобы сделать тебя счастливой в будущем.

Она подняла и крепко прижала к щеке щенка, как будто тот мог уберечь ее от неправильных решений и обязательств.

— Не тискай собаку, Джесс. Она этого не любит.

Тревис опустился на колени на коврик, взял щенка и положил в удобную коробку, которую они устроили у камина.

Затем обнял Джессику за плечи и притянул к себе.

— Неужели ты не понимаешь, что я хочу тебя, хочу, чтобы тебе было приятно. Я никогда не делал тебе больно, — его голос звучал тихо и нежно. — Нам было очень хорошо вместе. Хочу, чтобы так было всегда.

«И ни слова о любви», — с горечью подумала Джессика, глядя на огонь. Что ж, по крайней мере, он честен. Он не любит ее, поэтому и не говорит о любви.

— Я хочу, чтобы ты шел домой, Тревис. Я действительно хочу, чтобы ты ушел. Этого пункта не было в нашем договоре по поводу ванны, и я надеюсь, что ты мне его не будешь навязывать.

— Господи, но я хочу быть с тобой, Джесси, я безумно хочу тебя. Если все, что у меня будет, — это субботние ночи, я согласен. — Он одной рукой обхватил ее за плечи, повернул к себе и быстрыми поцелуями стал покрывать ее лицо и шею, легко касаться губами уголков рта, другая рука нежно ласкала грудь. Видя, что она почти уступает, Тревис, прижавшись ртом к ее уху, прошептал:

— Я терплю такие муки, Джесс, и уверен, что ты тоже страдаешь. — Прежде чем она успела уклониться, он приник к ее губам в долгом и страстном поцелуе.

— Вспомни, как это прекрасно! Мы прямо сейчас можем пойти в твою комнату и заняться тем, чем мы с таким удовольствием занимались в постели в доме Пенелопы. Я сделаю все, чтобы тебе было приятно, тебе же это нравится делать, Джесс.

Джессика оттолкнула его и отвернулась с полными слез глазами. Тревис растерянно уставился на нее, пожал плечами и поднялся. «В следующий раз», — пробормотал он и взял сушившийся на спинке стула плащ. Джессика, наклонившись, закрыла лицо руками. Изгиб ее изящной, нежной шеи взволновал его. Тревис опустился на колени, сжал руками ее плечи и покрыл поцелуями ее затылок в золотых завитках волос.