При этих словах Уэсли почувствовал легкий озноб. Он вдруг осознал, что большинство учеников на этом уроке введения в американскую литературу наблюдают за ним. Ему было тридцать пять, и Уэсли казалось, что они никак не могут решить для себя, к какой Школе он принадлежит – к Старой (как древний доктор Венс, который выглядел удивительно похожим на крокодила в костюме-тройке) или к Новой (как Сюзанна Монтанари, которая любила включать «Подружку» Аврил Лавин на уроках введения в современную драматургию). Уэсли подумал, что его реакция на «Киндл» Хендерсона поможет им в этом вопросе.

– Мистер Хендерсон, – произнес он, – книги будут существовать всегда. Это значит, что всегда будут бумага и переплет. Книги – это реальные предметы. Книги – это друзья.

– Да, но! – ответил Хендерсон, его улыбка стала слегка хитрой.

– Но?

­– Книги – это еще мысли и эмоции. Вы говорили об этом на первом уроке.

– Да, – сказал Уэсли, – на этом ты меня поймал. Но книги – это не исключительно мысли. Например, у книг есть запах. Запах, который со временем становится лучше – становится более ностальгическим. У этого твоего прибора есть запах?

– Нет, – ответил Хендерсон, – запаха нет. Но когда листаешь страницы… здесь, вот этой кнопкой… они будто перелетают, как в настоящей книге, и я могу перейти на любую страницу, какую захочу, а когда он в режиме ожидания, то показывает портреты известных писателей, и это сохраняет заряд батареи, и…

– Это компьютер, – произнес Уэсли. – Ты читаешь с компьютера.

Хендерсон забрал «Киндл» обратно.

– Вы говорите о нем как о чем-то плохом. Но ведь это «Случай с Полом».

– Вы никогда не слышали о «Киндле», мистер Смит? – спросила Джози Квинн тоном, каким антрополог интересуется у представителя гвинейского племени комбаи, не слышал ли он об электрических плитах и обуви, увеличивающей рост.

– Нет, – ответил Уэсли, хотя это было не совсем правдиво – на самом деле он видел что-то под названием МАГАЗИН ДЛЯ КИНДЛА, когда покупал книги через «Амазон-Онлайн». Просто ему хотелось, чтобы ученики все-таки видели в нем представителя Старой Школы. Новая Школа казалась чем-то… посредственным.

– Вам нужно такой купить, – сказал Хендерсон, и когда Уэсли почти без раздумий ответил «возможно, я так и сделаю», класс взорвался стихийными аплодисментами. Впервые после ухода Эллен, Уэсли немного повеселел. Во-первых, им хотелось, чтобы у него появилась эта читалка, а во-вторых, аплодисменты сказали, что для них он – действительно представитель Старой Школы. Старой Школы, поддающейся обучению.

На продолжении пары недель после этого случая он не рассматривал возможность покупки «Киндла» всерьез (для представителя Старой Школы на первом месте – книги). Но однажды, по дороге из колледжа домой, вдруг представил, как идет с «Киндлом» через школьный двор, нажимая пальцем на маленькую кнопку СЛЕДУЮЩАЯ СТРАНИЦА, и его видит Эллен.

«Черт возьми, что ты делаешь?» – спросила бы она, наконец-то заговорив с ним.

«Читаю с компьютера» – ответил бы он, – «как и все вы».

Со злостью!

Но, как сказал бы Хендерсон, что в этом плохого? Ему пришло на ум, что желание сделать назло – для влюбленных что-то вроде метадона. Неужели лучше страдать от ломки? Вряд ли.

Придя домой, он включил настольный компьютер «Делл» (ноутбука у него не было, и он гордился этим) и зашел на сайт «Амазона». Он ожидал, что гаджет стоит долларов четыреста, а топовая модель и дороже, и удивился, увидев, что цена не так высока. Затем он зашел в «Магазин для Киндла» (который до этого так успешно игнорировал) и выяснил, что Хендерсон был прав: книги там до смешного дешевы, романы в твердом переплете (каком переплете, ха-ха?) стоят дешевле большинства карманных книжек в бумажной обложке, что продавались в обычном магазине. Учитывая, сколько он тратил на книги, «Киндл» наверняка окупится. А что касается реакции коллег – всех этих насмешливо приподнятых бровей – Уэсли обнаружил, что такие перспективы его даже радуют. И это позволило ему с интересной стороны взглянуть на природу человека, по крайней мере, человека из преподавательской среды: учителю нравится, чтобы ученики считали его представителем Старой Школы, а коллеги – Новой.

Он представил, как произносит: «Я экспериментирую с новыми технологиями».

Ему нравилось, как это звучит. Новая Школа в полный рост.

И еще ему нравилось представлять реакцию Эллен. Он перестал оставлять сообщения на ее телефоне, и старался избегать мест – «Пит-стоп», «Пицца Гарри» – где они могли столкнуться, но ведь все может измениться. Несомненно, «я читаю с компьютера, как и все вы» – слишком хорошая фраза, чтобы ей не воспользоваться.

Этого мало, – ругал он себя, сидя перед компьютером и глядя на изображение «Киндла». Этой злости так мало, что она не причинит вред и новорожденному котенку.

Да! Но если такая злость – единственная, на которую он способен, почему бы не удовлетворить ее?

Поэтому он нажал на поле «Купить Киндл», и гаджет прибыл уже через день, в коробке с напечатанными логотипом-улыбкой и словами ДОСТАВКА ЗА ОДИН ДЕНЬ. При заказе Уэсли не выбирал опцию доставки за один день, и опротестовал бы расходы, если бы их списали с его кредитной карты, но распаковал новое приобретение с истинным удовольствием – похожим на то, что он испытывал, открывая коробку с книгами, только острее. Наверное, дело в том, предположил он, что присутствовало чувство погружения в неизвестность. Конечно, он не ждал, что «Киндл» заменит книги или станет чем-то большим, чем простой новинкой; объектом интереса на несколько недель или месяцев, который потом поселится, забытый, на полке с безделушками в его комнате, и будет собирать пыль рядом с кубиком Рубика.