— Она сильнее меня. Квартиры, в которые она заходит для меня недоступны.

— Ты, что, хочешь сказать…

Кот осекся но Невид, в отличие от меня, прекрасно его понял.

— Да. Судя по всему это — ламия. Я спрашивал соседских домовых, она и у них появлялась. Все пришли к тому же выводу. Но нам с ней не справится.

— Э, а ничего что я тоже тут нахожусь? — Не выдержал я. — Может, просветите, о чем речь?

— Если я правильно понял нашего маленького друга, — тихонько ответил мне кот, — то в доме завелось некое существо, называемое ламия. Проклятые христиане, мало им было наших богов преследовать, так они еще и нечисти своей в наши земли натаскали. Чего только теперь не встречается в наших краях!

— Оно опасно?

Грязнуля кивнул.

— Не просто опасно, а смертельно опасно. Сводит человека с ума и выпивает его жизнь.

— Ее можно… С ней можно справится?

— И не думай. — Осадил мой порыв кот. — Не с твоими способностями. Здесь нужен либо христианский священник, либо…

— Либо? — Подбодрил я.

— Либо, — Грязнуля окинул меня насмешливым взглядом, — Верховный волхв. Даже Старший смог бы. Но не ты. Постой, ты куда?

Игнорируя его вопль, я вышел из комнаты.

Когда кот догнал меня, я уже перетряхивал кухонный шкафчик в поисках риса.

— Что ты задумал?

Вот и рис. Проклятье, всего полпакета, как же я недоглядел. И в магазин уже поздно.

— Что ты задумал? — Чуть повышая голос, снова спросил кот.

— В детстве, я слышал сказку про ламию. — Пояснил я. — Там говорилось, что если рассыпать перед ней рис или мак, то ламия не успокоится, пока не пересчитает все зерна и не соберет их в аккуратненькую кучку.

— Ну, есть такое. — Нехотя согласился Грязнуля. — Положим, что ты рассыпал перед ламией рис. И что дальше?

— Придумаю что-нибудь. — Я беспечно пожал плечами и с вызовом посмотрел в желто-зеленые глаза.

Несколько мгновений кот оценивающе смотрел на меня. Наконец черные бока поднялись и опали в глубоком вздохе.

— Вот смотрю я на тебя, Макс, и не понимаю, то ли ты и правда дурак, то ли… — Он оборвал себя на полуслове и продолжил уже другим голосом. — Пошли, подумаем, что ты сможешь сделать.

— Ты уверен, что не передумаешь? — Наверное, в сотый раз уточнил кот. Я отрицательно качнул головой. — Тогда слушай. Ламии обычно охотятся за детьми, не понимаю причем тут эта девушка, но это не важно… Значит так. Ламию нельзя убить, но ее можно изгнать. Самым лучшим средством в твоем положении были бы святая вода и крест. К сожалению, они отпадают по двум причинам. Во-первых, как чуждые нам по убеждениям, прямо таки скажем вражеские вещи. А во-вторых… Во-вторых, их у нас просто нет. Тогда остается только одно — сделать так, что бы ламия надолго потеряла свою силу.

— И как?

— Сложно, Максим. Ламия питается страхом. И отобрать у нее этот страх, ламия надолго исчезнет из этого мира.

— Нифига себе. — Я почувствовал, как мои глаза полезли на лоб. — И как я это могу сделать?

Грязнуля отвел глаза. Когда он заговорил, голос прозвучал настолько тихо, что мне пришлось напрячь слух что бы расслышать.

— Не знаю. Вот поэтому я и говорю, что ты не сможешь с ней справится.

— Невид, — Я повернулся к домовому. — Может ты что подскажешь?

Тот только развел маленькими ручками.

— Понятно. Значит, буду решать по обстановке.

— По какой обстановке?! — Голос Грязнули сорвался на крик. — Ламия тебя убьет!

— А что прикажешь мне делать? — Тихо спросил я. — Оставить ее бродить по дому? Как думаешь, дед бы это одобрил?

Ответом мне был взгляд полный тоски.

— Ты главное отвлеки ее. — Подал голос Невид. — Что бы я смог в квартиру попасть. А там, глядишь вдвоем осилим.

Я с благодарностью взглянул на дрожащего от страха домового. Что ни говори, а приятно иметь такого друга.

— Спасибо, Невид. Только не надо. Может у меня у самого получится.

Не успел я договорить этих слов, как требовательно заверещал дверной звонок.

— Кто там еще? — Удивился я, бросая взгляд на часы — пятнадцать минут первого. Ого, кому это я понадобился заполночь?

Распахнув дверь я опешил. На пороге, в одной ночной рубашке, вся зареванная, стояла Надежда.

— Максим, мне страшно. Можно я переночую у тебя?

— Конечно можно, какие вопросы! — Я поспешно посторонился с прохода. — Проходи. Сейчас я чайку приготовлю, ты вся дрожишь!

Не прошло и пяти минут, как я поставил перед Надей чашку крепкого, свежезаваренного чая.

— Вот, выпей.

Благодарно кивнув, она взяла чашку, по-детски обхватив ее ладошками. Робко протянув руку, я коснулся растрепанных волос. Неужели когда-то я мог каждый день делать это?

— Спасибо, Максим. — Надя робко улыбнулась. — Просто мне снова показалось…

— Тебе не показалось. Иди, ложись на диване, утром я тебя разбужу. Где твои ключи?

— Что ты собираешься делать? — Подозрительно спросила она, отодвигая чашку.