Арм-дир представил наместнику гостей и удалился. Сдержанные кивки в их сторону. Никаких эмоций. Выражение полного безразличия на лице. Наместника звали Арм-нур.

– Дело, по которому мы решились побеспокоить наместника, весьма щекотливо, – осторожно начал монах. – Но вначале я хотел бы засвидетельствовать свое почтение и передать эту скромную вещицу в подарок.

Он достал из складок своей рясы-хламиды небольшую коробочку и протянул ее наместнику. Тот принял с вежливым кивком и открыл ее. В коробочке лежал небольшой черный полупрозрачный камень каплевидной формы. Гроздана чуть не присвистнула. Это была слеза дракона, очень редкий самоцвет, который можно было найти только на Темном материке. Он обладал чудодейственной силой, знатоки утверждали, что с его помощью можно даже залечивать раны. Это был поистине царский подарок. Наместник осторожно вытащил камень. Тот стал стремительно менять цвет, от него явственно стало исходить сияние. Он сделался почти бесцветным, несколько раз мигнул и стал снова наливаться черным, постепенно возвращая свой первоначальный цвет. Камень настроился на руку того, кто его взял. Губы наместника тронула улыбка. Он положил слезу обратно и закрыл коробку.

– Поручение великого магистра заставило меня пересечь рубеж и явиться сюда. Могу ли я изложить суть своей просьбы? – Монах снова обратился к наместнику.

– Давненько вы не посещали наших глухих мест, – тихо сказал тот, уголки его рта чуть тронула усмешка. – Наверное, уж очень важные дела заставили магистра серых послать к нам одного из братства. Я слушаю тебя.

– Моя дорога не лежала специально к вам, так уж случилось, что данное поручение завело меня в Радужные леса. Недавно наш храм посетила женщина, и великий магистр почтил ее своим покровительством. Она не захотела остаться в стенах храма. Но, покинув нас, она попала в беду. Ее захватили разбойники, а затем продали.

Наместник кивал, будто знал всю историю. Горан продолжал:

– Купец из Кемта сказал, что продал пленницу кому-то из народа ларгов. Я хотел бы выкупить эту женщину, если она здесь, конечно.

– Да, мы недавно покупали рабов, и среди них были женщины, – сказал наместник, – но есть ли среди них та, которую вы ищете?

– Мы могли бы узнать ее.

Наместник задумался. Гроздана напряглась, сейчас от решения этого человека зависла судьба Татьяны.

– Хорошо, – сказал он, – я позволю вам осмотреть рабов, храмовники не враги нам. Если эта женщина здесь, я подарю ее вам. – Он поднялся, монах и наемница тоже. – Могу я предложить моим гостям вина? – спросил он и, не дожидаясь ответа, хлопнул в ладоши.

Неизвестно откуда возник его соплеменник и почтительно поклонился.

– Ан-сор, распорядись принести вина моим гостям, и пусть сюда приведут тех женщин, которых купили в Змеиной балке.

Тот поклонился и быстро исчез, а наместник провел гостей в небольшой изящный домик, стоявший рядом. Здесь все было по-другому. Низкие широкие кресла, укрытые шкурами, вазоны с цветами, небольшие столики с резными ножками и столешницами, украшенными затейливой резьбой со вставками из малахита. Стены были украшены гобеленами и резными панно. Здесь было намного прохладнее, чем на улице, и в воздухе летал едва уловимый запах полевых цветов. Они едва успели присесть, как в домик впорхнули девушки, и на столиках появились вино, высокие серебряные кубки и фрукты.

– Прошу вас. – Наместник приглашающе взмахнул рукой, когда кубки оказались наполненными.

Гроздана сделала осторожный глоток, Горан едва пригубил свой бокал. Вино, кстати, оказалось отменным. А вскоре опять появился Ан-сор. За ним в комнату вошло пять женщин, выстроившись в одну линию напротив гостей. Гроздана стиснула зубы. Татьяны среди них не было.

– Этих женщин Ан-сор купил по моему распоряжению в Змеиной балке. Есть ли среди них та, которую вы ищете?

– Сожалею, господин, – сказал Горан, – но среди этих женщин нет той, которую мы ищем.

– Мой господин, – подал голос Ан-сор.

– Да.

– Была еще одна женщина, но ее жрецы отобрали для праздника игр.

– Будет ли нам позволено увидеть ее? – так же спокойно спросил монах.

На этот раз Ан-сор ответил раньше наместника:

– Жрецы уже провели первую часть обряда, она уже в облаках.

Гроздана встрепенулась, но Горан кивком головы остановил ее.

– Мог бы достославный описать ее?

– Ростом примерно как она, – воин кивнул на Гроздану, – волосы светлее, цвета зрелой пшеницы, глаза темные, карие. Немного худовата.

– Спасибо, Ан-сор, я сам разъясню все гостям. – Наместник кивнул, и Ан-сор удалился. Женщины-рабыни тоже исчезли. Они вновь остались наедине с наместником. – Ты слышал о празднике игр? – вопрос адресовался Горану. Тот кивнул. – Тогда тебе должно быть известно, что центральным обрядом великого праздника является прохождение палат вечности. Для этого всегда выбираются двое: мужчина и женщина. Они не должны принадлежать к нашему народу. Именно для этого Ан-сор и купил рабов. Двоих выбрали из них. Мужчину и женщину. Через три дня они войдут в палаты вечности. И это нельзя отменить. Мне очень жаль, поверьте. Вы опоздали.

У Грозданы все похолодело внутри. Они опоздали! А все из-за этого жирного ублюдка! Великие массаны, ну почему? Она разорвет его собственными руками. Изрежет его на куски!

– Да простит наместник мое любопытство, Ан-сор сказал, что они уже в облаках, что это значит?

Наместник задумался, внимательно глядя на Горана, решая, отвечать или нет.

– Видишь ли, досточтимый. Палаты вечности – это… – Он замолчал, подбирая слова. – Хорошо, я расскажу вам. Я делаю это из уважения к храму. Палаты вечности – вместилище духов предков. Их очень трудно пройти. Практически невозможно. Духи великих предков встречают тех, кто переступит порог. Боги заглядывают в глаза идущим. Чтобы облегчить путь, наши жрецы проводят специальный обряд. И идущие отстраняются от страхов и телесных мук, они парят высоко в облаках, в то время как тела их идут сквозь палаты.