— А я тебе чем могу помочь? Или тебя надо за ручку отвести?

— Ха-ха-ха, очень смешно, — передразнил меня сын императора. — Я и сам в состоянии до дворца добраться, вот только мне туда возвращаться так запросто западло. Я же, получается, сбежал, а родственники это дело замылили, прикрывали как могли. А тут я, такой красивый, нарисуюсь, это же край. Либо на цепь посадят, либо вообще в дальнее посольство сошлют. Так что мне надо свой цвет показать, устрою им балаган высшего сорта.

Я непроизвольно сморщился и прервал речь товарища:

— Ты сперва смени свой говор. А то получится, что не принц к ним вернется, а какой-то наемник.

— Э-э… мм, ну да. — Константин прокашлялся и приосанился. — В общем, если ты не знаешь, то завтра состоится Весенний бал, который как нельзя лучше подходит для возвращения.

— И в чем проблема? — неподдельно удивился я. — Благословение ты мое получил, а теперь ступай.

— Ты не понимаешь. Это тоже не решит проблемы. Мне просто необходимо твое присутствие.

— За каким демоном?

— А за таким, что ты будешь другом, приобретенным во время свершения великих ратных подвигов!

Я засмеялся, причем смеялся долго и заливисто.

— Это ты про тот подвиг, когда дерево пытался соблазнить? — проталкивал я сквозь смех. — Или когда тебя Старший по всей стоянке палкой гонял? Или когда ты коней мыл и чуть не утонул? Или…

— Хохмач, — перебил меня насупившийся Константин. — Неважно, какие подвиги и были ли они. Это просто такая традиция, и если она будет соблюдена, то с меня взятки гладки.

— Здорово, — продолжил я смеяться, но спустя мгновение резко оборвал судорожные смешки. — Нет.

— Что — нет?

— Не пойду я никуда.

— Почему?

— Времени нет, учеба и все такое.

— Завтра праздник, так что никакой учебы. Плюс это всего на один вечер, максимум полночи.

— У меня нет денег на костюм.

— Все за мой счет.

— Рожей не вышел на императорском балу нос казать.

— Это маскарад, все в масках будут.

— А ты упорный.

— Не пальцем делан.

— Все равно нет.

Константин сдвинул брови:

— Ты мне должен.

— Где будем закупаться?

Из зеркала на меня смотрел настоящий франт. Черный строгий фрак с серебряной нитью по бортам. Белая сорочка с черными пуговицами. Запонки с небольшими агатами. Из-под расстегнутой нижней пуговицы виднеется сверкающая ременная бляха с изображением пылающей крепости. Штаны в тон и крепкие сапоги с каблуком из черного дерева. Картину довершают сабли в ножнах из того же дерева. Их витые рукояти вкупе с золотой маской придают некую завершенность образу. Кстати, маска весьма любопытная, эдакая свирепая рожа, апогей ярости.

— Ну вроде да. — Я еще раз заглянул в зеркало. — Годится.

— О слава всем богам и их бессмертным деяниям! — вскричал Принц. Выглядел он иначе. Костюм такого же пошива, вот только золотого цвета. И смотреть на такое без рези в глазах просто невозможно. — Ты уже три часа костюмы меняешь!

Если слукавить, то это была месть за такую подставу. Ну а если честно, то кто знает, может, мне этот костюм в скором времени нужно будет продавать. Так что к выбору потенциального товара я подошел со всей ответственностью.

— Кто знает, — протянул я, поправляя бабочку. — Может, мне в этом костюме на свадьбе стоять?

— Ты? Свадьба? Да я скорее императором стану, чем ты женишься!

— А ты судьбу-то не дразни. Вот не надо этого.

Нашу дружескую перепалку прервало появление старичка портного. С виду ему было лет сто, а на самом деле, возможно, даже больше. Морщинистое лицо, больше похожее на серый речной камень, мутные глаза и дрожащий подбородок.

— Милорд, вы определились? — Его голос был похож на скрип пера, резво бегущего по пергаментному листу.

— Да, — кивнул я и отправился к выходу. Поравнявшись с Принцем хлопнул того по плечу и повернул голову: — А заплатит вот этот тип. И ты бы, кстати, не задерживался, а то опоздаем.

Боевой товарищ буквально посинел от злости, но дальнейшего я уже не видел, так как в срочном порядке покинул элитнейшую из пошивочных мастерских. Пройдя пару метров, я прыгнул в карету. Хотя назвать этот дворец на колесах каретой значило бы оскорбить работу великих мастеров. Обшитая золотом, выточенная из вечного дерева, с диванами, покрытыми ситцем, и стенами, обшитыми бархатом. С люстрой на потолке и магическими светильниками по углам. Это было настоящее произведение искусства, вычурного, пафосного, но искусства. В этих хоромах могло поместиться человек десять, хотя какое там — я бы тут жить остался! Впрочем, по размерам и роскоши данный вид транспорта точно уступает карете Екатерины Великой. Но она была женщина пышная, так что на эту тему можно и поспорить.