— Вам нравится Шекспир? — поинтересовался Фабель.

— Не все. Никогда не читал его на английском — слишком плохо его знаю. Но «Макбет» мне нравится. Я помню, как в детстве смотрел фильм «Макбет», снятый Орсоном Уэллсом и дублированный на немецкий. Мне ужасно понравился главный персонаж. Этакий законченный злодей. Но для нашего случая гораздо больше подходит «Тит Андроник».

Фабель улыбнулся. Судя по внешности и поведению, в Шольце было трудно распознать столь тонкого знатока Шекспира.

— В свое время я даже подумывал о том, чтобы стать актером, — смущаясь, признался Шольц. — Наверное, мне больше нравилось быть кем-то другим, чем собой.

— Вообще-то игра актера и работа полицейского — это две большие разницы!

— Да я серьезно никогда и не рассматривал такую возможность, — продолжал Шольц. — Мой отец был полицейским и очень… практичным человеком. Он положил конец моим мечтаниям и в общем-то не оставил мне выбора.

— Что ж, театру не повезло… — улыбнулся Фабель, совсем не представляя Шольца в роли злодея Макбета. Неожиданно он подумал о другом, вполне реальном злодее и почувствовал, как внутри все сжалось. — А как проходит ваше другое расследование? — спросил он как бы между прочим.

— Убийство в «Биаррице»? Трудно сказать. Если честно, я стараюсь не очень в него вникать. Другая специфика. Там есть кому заниматься… БКА и Управление по борьбе с организованной преступностью вцепились в него как бульдоги.

— Правда?

— Вернее, я тоже задействован. И если они найдут что-нибудь относящееся непосредственно к убийству, то обязательно поставят меня в известность. Но я не сомневаюсь в том, что дело там гораздо масштабнее. Судя по тому, что для расследования создали межведомственную группу БКА, речь идет о тандеме Молоков — Витренко.

— Я хорошо знаком с ним. Особенно с Василем Витренко. Наши пути пересекались.

— В самом деле? — Шольц удивленно вскинул брови. — Судя по разговорам, это далеко не безопасно.

Фабель мрачно улыбнулся. Он не знал, насколько Шольц был в курсе его противостояния с Витренко, и не хотел привлекать его внимание к Марии. Во всяком случае, пока.

— А та женщина, с которой разговаривала жертва… — Фабель снова сделал вид, что просто проявляет праздное любопытство. — Ну, та самая, виденная свидетелем за пару дней до убийства. Вы говорили, что она была похожа на представителя власти. Из полиции или иммиграционной службы. Удалось что-нибудь выяснить?

— В том-то и дело, что нет! Мы до сих пор не можем найти никаких следов. Видимо, она просто производила такое впечатление чисто внешне.

— Наверное… — протянул Фабель, отхлебывая пиво и наблюдая за выражением лица Шольца, пока тот раскладывал на столике папки с бумагами. — Вероятно, это просто совпадение…

— Ну, не знаю… Во всяком случае, оперативная группа БКА сбилась с ног, пытаясь разыскать ее. И просила меня помочь.

Доктор легко нашел вену на ее еще не остывшем после состязания теле. Затем сестра проводила ее до туалета и ждала около двери кабинки, пока та не вынесла ей мочу для анализа. Все это время Андреа старалась держаться как можно дружелюбнее, но искренности в этом было ничуть не больше, чем в широкой улыбке, не сходившей с ее лица, когда она выступала на подиуме. Она даже пошутила с суровой на вид маленькой медсестрой, хотя на самом деле чувствовала отвращение и ненависть при виде дряблой кожи ее лица и бесформенного тела.

Врач ей тоже не понравился. Он оказался заносчивым и неулыбчивым мужчинкой, сухо велевшим ей протянуть руку, явно демонстрируя нежелание общаться.

— А когда я получу результаты? — спросила Андреа с улыбкой, хотя ее единственным желанием было открутить ему голову.

— Никаких результатов вы не получите. Они будут направлены в оргкомитет, а тот уже проинформирует вас. Но я предоставлю в ваше распоряжение половину взятых на анализ образцов, если вы вдруг захотите провести независимую экспертизу и оспорить наше заключение.

Андреа с трудом удержалась, чтобы не заехать ему в личико кулачком.

— Оспаривать будет нечего.

Доктор встал и убрал в чемоданчик медицинские инструменты.

— Дорогая леди, я врач и делаю анализы для оргкомитетов самых разных спортивных организаций. И вот что я вам скажу. Абсолютным и непреложным медицинским фактом — заметьте, фактом, а не мнением — является то, что наличие мышечной гипертрофии указывает на весьма высокое содержание в организме мужских гормонов. Ваш пример в этом смысле особенно показателен. Женщины могут нарастить мышечную массу через тренировки под нагрузкой, но в гораздо меньшей степени, чем у вас. Только мужчины способны развить такую мускулатуру, не прибегая к запрещенным препаратам. Но даже и они в среднем возрасте теряют способность наращивать рельефную мышечную массу так, как могли в молодости. Почему? Да потому что уровень тестостерона начинает снижаться. Тестостерона, фрау Сэндоу, производимого в нужном количестве только организмами молодых мужчин. И у мужчин его уровень в десять раз выше, чем у женщин.