— Нет, все в порядке. Я предупредила, что задержусь. — Она повернулась к Тансу: — Я сказала, что мы были студентами, однако он учился на два года старше. Но мы все его знали. По нему сохли многие девчонки.

— Вы тоже? — поинтересовался Фабель.

Андреа перевела на него пристальный, как у мужчины, взгляд.

— Наверное. Тогда на меня это было похоже. Размазня. Но он никогда не показывал, что замечал меня. Не могу поверить, что он… — Ее лицо окаменело. — Ублюдок! Оставьте меня с ним наедине на полчаса, и больше никаких проблем он вам не доставит. Но почему? Почему он так со мной поступил?

— Судя по всему, у этого Людеке серьезные проблемы с головой, — пояснил Фабель. — Наверное, вы не единственная его жертва, причем выжить удалось далеко не всем. Однако доказать нам это будет нелегко.

— Но если его признают виновным в нападении на вас, — добавила Тансу, — то мы сможем оправить его за решетку надолго. Достаточно долго, чтобы собрать доказательства его причастности к убийствам.

— Вы готовы дать показания против него? — спросил Фабель.

— Конечно, готова!

— Для вас это может оказаться непростым испытанием. Я имею в виду — выступить в суде.

Андреа горько рассмеялась:

— Вы считаете, что это ничтожество может меня испугать? Я жду не дождусь, когда мы встретимся в суде и я расскажу всем, как он со мной обошелся.

— Хорошо… — Фабель помолчал. — Вы сказали, что знали его. Когда вы учились вместе.

— Да.

— Но вы не узнали его той ночью?

— Нет, он был загримирован. В клоуна.

— Я должен спросить еще вот что. Не получится ли так, что Людеке заявит о сексе по обоюдному согласию? Раз вы были знакомы и он вам нравился?

— Вы в своем уме? — На шее Андреа запульсировала жилка. — Он же меня едва не убил! Вы видели, в каком я была состоянии?

— Послушайте, фрау Сэндоу… — Фабель старался говорить как можно мягче. — Вы должны мне верить, когда я говорю, что считаю его больным извращенцем и негодяем. Но я должен знать, не началось ли это по согласию, а потом вышло из-под контроля. Его адвокаты могут запросто избрать именно такую линию защиты.

— Нет! Я была на вечеринке, как и рассказывала. А когда вышла, то на улице меня ждал клоун. Сначала он просто смотрел на меня и не двигался. Я пошла домой и заметила, что он увязался за мной. Я побежала, и он тоже. Я решила, что в толпе мне удалось затеряться, но потом он вдруг вынырнул буквально из ниоткуда возле церкви Святой Урсулы. А потом изнасиловал меня, избил и снова изнасиловал. И все это время держал меня галстуком, обмотанным вокруг шеи, не давая дышать.

— И он кусал вас?

— Много-много раз.

— У нас есть фотографии укусов, — сказал Фабель. — Мы сравним их с его прикусом. Поверьте, фрау Сэндоу, мы упрячем его за решетку надолго.

— Я бы никогда на него не подумала. Я считала, что это кто-то чужой. Какой-нибудь псих, положивший на меня глаз. — Андреа погрузилась в воспоминания и вдруг встрепенулась. — Я не исключаю, что он был на той вечеринке. Меня допрашивали и интересовались именами всех мужчин, кто там был, но я назвала только кого знала. Это же был карнавал, и все были одеты в разные карнавальные костюмы. Поэтому он тоже мог там быть. Я знаю, что были допрошены все студенты моего курса.

— Так это была студенческая вечеринка? — спросила Тансу.

— В основном. Но не только. Скажите, а его не отпустят до суда?

— Нет, если это будет зависеть от нас, — заверил Фабель.

— Не волнуйтесь, Андреа, — сказала Тансу. — Мы проследим, чтобы он к вам не приближался.

— Я и не волнуюсь, — ответила Андреа, по-прежнему пристально глядя так, как смотрят только мужчины. — Как я уже говорила, если нам удастся снова встретиться, переживать надо ему.

По дороге к машине Тансу Фабель обернулся и посмотрел на дом, где жила Андреа, будто искал ответ на какой-то вопрос.

— Что-то смущает? — поинтересовалась Тансу.

— Вы видели, как она была одета?

— Как будто собиралась на свидание. Если честно, то если бы не ее мышцы, я бы решила, что она оделась почти как проститутка. А что?

— В том-то и дело! — сказал Фабель. — Она оделась как на свидание, но утверждала, что у нее «встреча». Как будто речь шла о работе. У меня возникла дикая мысль… Не смейтесь, но я думаю, что наша амазонка вечерами подрабатывает. Причем не кем-нибудь, а проституткой.

Когда Фабель приехал в Управление полиции Кёльна, весь мир, казалось, сошел с ума. Наступил «бабий» четверг, и даже полицейские нарядились в карнавальные костюмы. В отделе по расследованию убийств Шольц сидел в своем кабинете, полностью одетый в полицейскую форму. Только форма эта была женской.