– Да, это мы понимаем, – сказал полковник. – И более того…

Его слова были прерваны грохотом пулеметных очередей. В образованном контейнерами квадрате неба над головой заметались пунктиры трассеров. Илья упал на колено, вскинул автомат, краем глаза следя за реакцией переговорщиков. Ученые занервничали, тревожно глядя в небо, а вот офицеры даже не шелохнулись, один лишь досадливо поморщился.

Те, кто охранял тайную встречу, свое дело знали: беспорядочно кувыркаясь, на темную гальку рядом со столом рухнуло что-то крупное, в грязных растрепанных перьях, сплошь заляпанное кровью. Илья осторожно приблизился. Так и есть: чайка-мутант, больше похожая на приличных размеров птеродактеля. Гипертрофированый клюв с зазубринами псевдозубов и подернутые чешуйчатой пленкой глаза – вполне себе персонаж ночного кошмара. Торчащее в сторону крыло было перебито пулей, пулевые отверстия виднелись и в коротком туловище.

Илья ткнул труп носком «берца». Внезапно «труп» дернулся и резко, как насекомое, цапнул морпеха за ногу. Спасла реакция: клюв-пасть сомкнулся поперек крепкой подошвы.

– М-мать… – теряя равновесие, выдохнул Илья. Никак не получалось извернуться и расстрелять тварь из «калаша». Пасть все сжималась, и нога ощутила силу этих тисков. Еще немного – и не избежать ампутации.

Грохнула пара выстрелов, и хватка ослабла. Илья высвободился, перекатился, замер, целясь в замершую птицу.

И опустил автомат. Над трупом стоял тот самый американский сержант с пистолетом в руке. Пушка, надо сказать, не штатная: «пустынный орел» калибра 12,7. Ствол самозарядного монстра еще дымился – сержант разнес башку мутанта вдребезги.

– Очень живучие, гады, – пояснил он, пряча оружие в кобуру. Сразу видно – этот парень свое дело знает.

– Спасибо, – пробормотал Илья.

– Сочтемся, – спокойно ответил сержант.

Руководитель миссии, с прищуром наблюдавший всю эту картину через свои очки-окуляры, многозначительно перевел взгляд на Саттона.

– Хорошо бы попасть в очаги взрывного размножения мутантов, – сверкнув глазами, сказал молчавший до этого тощий, сверкающий отполированной лысиной ученый.

– Мы обеспечим эту возможность, – невозмутимо сказал полковник. – Когда вы будете готовы приступить к работе?

– Немедленно, – ответил руководитель миссии. – Каждый день промедления уменьшает наши шансы.

– Чьи именно? – уточнил полковник.

– Наши, – отчетливо повторил Ван Дер Мерден. – Людей.

Полковник сдержал слово: переброска была организована быстро и четко – с базы ВВС МакКорд близ Сиэтла, – чего нельзя было сказать о перелете. Три конвертоплана – глубокая модернизация легендарного «Белл V-22 Оспрей» – долго ползли над гористой местностью. Потребовалась дозаправка в воздухе, но, по словам хмурого штурмана азиатской внешности, других вариантов не было. Под ногами проплывали потерянные территории с мертвыми городами и аэропортами, без следа сожранными джунглями. Так что рассчитывать на нормальные взлет, посадку и заправку можно лишь на аэродроме базы. По прибытии их должны выгрузить вместе с оборудованием и вернуться лишь спустя трое суток. От этого становилось немного не по себе: крохотная группа посреди враждебного людям континента – не слишком приятная перспектива. Немного бодрило то, что с группой отправлялся опытный, знающий свое дело проводник – по крайней мере, по словам военных.

Правда, не всем нравился сам пункт назначения экспедиции. Зам руководителя группы доктор Росси – тот самый тощий переговорщик – не прекращал выражать недоумение.

– Это похоже на профанацию! – ворчал он, глядя в иллюминатор на проплывающие внизу облака. – С чего это мутантам устраивать логово в Йеллоустоунском заповеднике? Почему тогда не в Нью-Йоркском зоопарке?

– Отчего же? – возражал Ван Дер Мерден. – Вполне логично: вулканическая местность, горячие источники, особый состав почвы, отсутствие крупных населенных пунктов. Прекрасное место для развития новых видов.

– И все же, выглядит это как-то… – Росси поморщился, подбирая слова, – непрофессионально. Будто нас на школьную экскурсию отправили. Показать достопримечательности и красоты.

– Когда вокруг мутанты – не слишком-то полюбуешься красотами, – проворчал кто-то.

– А чего вы ждали, интересно? – руководитель миссии пожал плечами. – В конце-концов, мы следуем рекомендациям самой Кацуми.

– Кацуми!.. – проворчал доктор Росси. – А кто ее видел, эту Кацуми?

– Сказал бы я ей при встрече пару ласковых, – хмуро добавил кто-то.

– Вот потому-то она и избегает ненужных встреч, – примирительно сказал Ван Дер Мерден. – Давайте не будем отвлекаться на эмоции, а еще раз вернемся к плану работ. Не забывайте: у нас всего трое суток на сбор проб и экспресс-анализ.

Илья слушал все это вполуха. Его больше беспокоила посадка в этом чертовом месте: перед глазами все еще стояла зубастая пасть чайки-мутанта. Не хватало только, чтобы такие агрессивные твари набросились на конвертоплан, заходящий на посадку. Машина, конечно, эффектная, но уж больно неустойчивая в режиме вертикального взлета. Не дай бог, такая туша попадет в винты…

Посадка прошла в штатном режиме. Более того, никто не побеспокоил группу, пока выбирались из машин на воздух. Илья даже испытал легкое разочарование: как и его товарищи по оружию, он ожидал с ходу «крутого замеса». Ведь они, вроде как, летели в самое логово мутантского отродья.

А меж тем выгрузка происходила на просторной, освещенной солнцем лужайке среди великолепного «открыточного» пейзажа Йеллоустоунского заповедника. Вокруг высились горы с белыми прожилками ледников, где-то по соседству фырчал и отплевывался гейзер.