– Да, – откликнулся Алан. – Они бросили здесь часть амуниции. Маяк нашли на обрывке ткани. Мутанты разодрали мешок в клочья – там было продовольствие.

– Может, они погибли?

Вместо ответа начальник коротко кивнул одному из бойцов, и тот сунул ему в руки планшетку.

– Ага… – произнес Алан. – как интересно… Второй маяк цел. И сейчас он движется по направлению к трассе J-31. Похоже, нам повезло. Мы просчитали их. Так, загоняй андроидов и готовься к взлету. К моменту их встречи я должен оказаться рядом…

– Но почему ты думаешь, что они ищут именно Злого?

– Знаешь, куда ведет эта трасса J-31?

– Понятия не имею.

– Она ведет к «Андромеде».

Последний раз взвыли уцелевшие двигатели, самолет отчаянно дернулся, заскрежетал раздираемым брюхом и замер. Затихая, допевали свое турбины, Илья с Шоном сидели неподвижно, любуясь пейзажем через лобовое стекло. Вид был довольно ограничен, так как подломилась передняя стойка шасси и лайнер уткнулся носом в обочину.

– Приехали, – констатировал Илья.

– Покатались – и хватит, – философски заметил Шон. – Главное – из этого проклятого тумана вырвались.

– К тому же мы на дороге, можно поискать машину на ходу, – не очень уверенно сказал Илья.

Надеяться на еще одну удачу было бы наивно: трасса, на которую вывел услужливый навигатор, на деле оказалась ловушкой. Брошенные машины, поваленные столбы и деревья, воронки от бомб и снарядов – все это здорово отличалось от зеркальной плоскости взлетной полосы. Так что продвинуться удалось не более, чем на пару километров. После чего рожденный летать аппарат окончательно обиделся на нецелевое использование.

– Ладно, чего сидеть? – сказал Шон. – Смотри, судя по навигатору, мы сейчас находимся здесь…

Договорить он не смог: поднял взгляд и замер, лицо его вытянулось. Илья почувствовал неприятный холодок и посмотрел туда же – на лобовое стекло кабины. Из горла непроизвольно вырвался нечленораздельный звук.

Оттуда, упершись прямо в стекло и чуть расползшись по нему, словно желая вдавить его внутрь, пялились на них два громадных желтых глаза. Судорожно сокращались провалы гигантских вертикальных зрачков, в студенистом желе мерзко пульсировали сосуды. Трудно было вообразить, кому могут принадлежать эти кошмарные глазища, но каждое было размером со спутниковую «тарелку».

– Упс… – совершенно по-детски произнес Шон.

И тут же глаза с отвратительным звуком отлипли от стекла, взвились в небо. И пришли зубы. Невероятная челюсть обрушилась сверху, хватанув лайнер за носовой обтекатель, словно морковку, Хруст, скрежет, тряска, звук лопающегося пластика и стекла – друзья вылетели из кресел и, спотыкаясь, бросились в сторону салона, на ходу подхватывая снаряжение. Вслед понесся леденящий душу рев. Чудовищу что-то не понравилось во вкусе аппетитного с виду лайнера. Оно принялось мотать добычу из стороны в сторону, и Шона с Ильей несколько раз швырнуло от борта к борту. В какой-то миг Илья даже позавидовал мертвой стюардессе – ведь та была пристегнута. Но напрасно – голова с уцелевшими локонами и элегантной пилоткой вдруг сорвалась с истлевших позвонков и устремилась прямиком ему в лицо.

– Фу, ты, черт! – отмахиваясь от этого «сюрприза», заорал Илья. Но тут же полетел кубарем от нового удара.

Взревело еще раз-другой, и тряска на время прекратилась.

– Такого еще не было, – простонал Илья, пытаясь подняться.

– «Андромеда…» – выдохнул Шон, прислонившись к борту. Дотянулся до пистолета-пулемета, перекинул ремень через шею.

– При чем здесь… – выпучился на него Илья.

– Она уже близко, – бесцветно пояснил Шон. – Логово…

Лейтенант понял. Если вокруг Логова крутятся такие монстры, – то что же там, в самом Логове? Стало не по себе. Не просто страшно – он вдруг почувствовал оцепенение и даже какое-то смирение – как перед гигантской скалой, которую не разрушить, не сдвинуть с места.

«Долг! – отчетливо прошуршало в голове. – Ты не должен сдаваться…»

Илья вздрогнул, не понимая, чей голос он слышит. Хотелось ответить – но рядом был Шон. Нельзя, чтобы товарищ решил, что он спятил с перепугу.

«Иди вперед и забудь о страхе, – повторил голос. – Доведи эксперимент до конца…»

– Эксперимент… – сами собой прошептали губы.

– Что? – отозвался Шон.

– Эксперименты эти их долбанные, – нервно, по-русски сказал Илья, осматривая пулемет. – Делали там у себя это чертово ГМО, и теперь мы в этом самом «гэмэо» по самые уши!

Шон молча глянул на спутника и вернулся к осмотру оружия.

– Прости, – снова перейдя на английский, сказал Илья. – Нервы.

– Нормально, – отозвался Шон, подымаясь. – Выйдем через запасной выход, в хвосте.

Илья кивнул, закинул за спину рюкзак, изрядно потяжелевший за счет бортового питания и напитков. Кто его знает, сколько еще идти? Может, день, может, два. А может, всего несколько секунд…

Будто в подтверждение этих мыслей, раздался душераздирающий скрежет, и в спину ударил дневной свет. Головная часть самолета вместе с пилотской кабиной отлетела, как хлипкая жестянка.