Шрифт:
Говорить о том, что я решил дать ей поспать, и, тем самым, напоминать о судьбе матери и брата, было бы жестоко. Поэтому я предпочел солгать:
– Я проспал.
Леди Мэйнария недоверчиво прищурилась… и с благодарностью посмотрела на меня:
– Спасибо.
Я удивился. Так как не понял причины радости, вспыхнувшей в ее глазах.
Тем временем баронесса вскочила с кровати и наткнулась взглядом на гребень:
– Ой… Это мне? Какая прелесть!
Я мысленно усмехнулся: леди Мэйнария, наконец, вспомнила о том, что она девушка.
До Уверашской [122] дороги мы добрались часа за три до захода солнца. И, не успев выбраться из леса, наткнулись на здоровенный обоз из полутора десятков телег, тщательно затянутых просмоленной парусиной.
Естественно, наше появление не осталось незамеченным – телеги мгновенно встали, а весьма неплохо вооруженные охранники, без особой суеты, занявшие предписанные «уложением [123] » места, наставили на нас свои арбалеты.
122
Увераш – столица одноименного графства. Расположен на северо-западе Вейнара.
123
Уложениие – местный устав караульной службы для членов гильдии охранников.
Я шагнул вперед-влево – так, чтобы баронесса оказалась у меня за спиной – и демонстративно ткнул посохом в землю.
Около купеческого возка наметилось шевеление.
Представив себе, как мы выглядим со стороны, я мысленно усмехнулся и приготовился ждать.
Как ни странно, тот, кто командовал щитами [124] , колебался недолго – не прошло и минуты, как от обоза отделился всадник и поскакал в нашу сторону.
Подъехал. Оглядел меня с ног до головы, потом мельком мазнул взглядом по баронессе и снова уставился на меня:
124
Щиты – в просторечии члены гильдии охранников.
– Быстрого Посмертия тебе, Идущий! Можешь подсветитьзнак Бога-Отступника?
Леди Мэйнария фыркнула. Видимо, оценила сочетание уважительного обращения к Бездушному и слова из жаргона Серых. А я просто кивнул, выудил из-за пазухи медальон Двуликого и показал его воину.
Тот облегченно осклабился и вскинул над головой правую руку с растопыренными средним и указательным пальцами.
«Все в порядке…» – мысленно перевел я. И кинул щиту шлем [125] .
125
Шлем – мелкая серебряная монета.
Подхватив монету и оценив ее номинал, воин вопросительно приподнял бровь:
– За что?
– Два места. До Увераша.
– Спрошу, – кивнул воин. И ускакал обратно к обозу.
Забравшись на облучок последней телеги, леди Мэйнария попробовала улечься на парусину и тут же ойкнула:
– Что у вас там, дрова, что ли?
– До-о-оски, – по-рагнарски упирая на «о», усмехнулся возница. И, щелкнув кнутом, добавил: – О-о-особо не по-о-оваляешься…
– Эх… – сокрушенно вздохнула баронесса.
– И не го-о-овори: во-о-от раньше муку во-о-озили, так на ней хо-о-оть по-о-оваляться было мо-о-ожно.
Вспомнив ощущения от сна на закаменевших мешках, я мысленно фыркнул. А возница, дорвавшийся до слушателей, принялся рассказывать нам о своей нелегкой жизни:
– Во-о-от, нынче едем в Аверо-о-он. Там сейчас до-о-оски в цене: по-о-ожары были. Как сгрузим – по-о-ойдем в Бело-о-огорье, за… э-э-э… то-о-оваром. По-о-отом еще куда-нибудь… Представляешь, девка, что-о-о ни день – то-о-о до-о-орога, до-о-орога, до-о-орога…
Услышав его «девка», я мгновенно подобрался, повернулся к леди Мэйнарии и… облегченно выдохнул: она, грустно улыбаясь, смотрела вдаль. И в упор не слышала того, что ей рассказывал возница. Поэтому я уставился в спину одного из щитов, шагающих рядом с телегой, и провалился в прошлое.
– Че те тут надо, малец? – глядя на меня мутным взглядом, поинтересовался мельник. И, не дождавшись ответа, вцепился мне в штанину.
Я взял его за предплечье и сжал пальцы. От души…
Души оказалось достаточно, так как мельник упал на колени и завопил.
– Тише, сынок, сломаешь, – ухмыльнулся Бразз, схватил бедолагу за шкирку и одним движением вернул его обратно на лавку.
Я пожал плечами, прошел к свободному столу, сел… и окаменел: в тени от столба, подпирающего потолок таверны, сидел самый настоящий щит! Причем не какой-нибудь первач [126] , а самый настоящий Голова [127] . И неторопливо ел.
126
Первач – местное название рядового члена гильдии охранников.
127
Голова – начальник отряда охранников.