На рабочем столе Хольца стояли маленький пирог с глазурью и несколько банок безалкогольного пива, лежали красные бумажные салфетки и пластмассовые вилки. На пироге была сделана надпись: "Удачи, Морос!" Увидев кривоватые буквы, Колеску сразу понял, что выводил их именно Хольц.

Недовольно бормоча о надоедливых репортерах, Эл принес всем стулья и разрезал пирог пластмассовым ножом. В очередной раз Морос удивился, как агент что-то видит сквозь грязные, мутные стекла очков. Карла разлила пиво. Сержант сидел прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди.

Колеску оглядел небольшой аккуратный кабинет и искренне порадовался тому, что сидит здесь в последний раз. Однако ему еще предстояла последняя инъекция. Он с содроганием вспомнил толстую медсестру, каждую неделю вгонявшую иглу ему в вену, и с облегчением понял, что сегодня избавится от этого ада. Осталось лишь немного потерпеть. Колеску находился в кабинете бюрократа, в самом центре ненавистной ему системы, из которой он, к счастью, сегодня уйдет навсегда. Морос даже ожидал, что от обилия позитивных эмоций у него наступит эрекция, но этого не произошло.

– У меня есть для тебя подарок, Эл. И для тебя, Карла, – сказал он. – Сержант Арнетт, извините, я не знал, что вы тоже придете.

Матаморос достал из пакета два яйца: куриное желтое для Хольца и гусиное розовое для Карлы. Из желтого торчали зубочистки с маленькими флажками. Оно было украшено золотистой тканью с блестками и выглядело настолько тошнотворно, что Колеску с радостью выбрал его именно для Эла. Это яйцо Хелен подарила сыну, когда тот нашел работу в автомастерской.

Яйцо Фонтаны опутывали тонкие кружевные ленточки, концы которых жалко свисали, напоминая ободранные птичьи перья. Снизу Хелен приклеила крошечные серебристые тапочки. Вылитая Карла!

Колеску вынул подарки и вручил их психологу и агенту. У Хольца глаза слегка затуманились, то ли от слез, то ли от пыли на очках. Карла снисходительно улыбнулась, посмотрев на Колеску с такой жалостью, что у него появилось страстное желание выбить ей зубы.

Вместо этого он дружелюбно пожал Элу и Карле руки. Сержант Арнетт кивнул ему.

– Ну, – начал Хольц, – Морос, ты хороший парень. Ты придерживался всех правил и никогда не терял чувства юмора, несмотря на обстоятельства. А они не были к тебе благосклонны, особенно в последнее время. Удачи! Я договорился, чтобы сегодня тебя отпустили без последней инъекции. Думаю, трех лет и так вполне достаточно и тебе больше не нужно лечение. А если и нужно, то одним уколом все равно ничего уже не исправишь. Выпьем за тебя, друг мой! Будь здоров и счастлив!

Хольц поднял стакан с пивом. Колеску поднял свой и выпил.

– Допивай и попробуй пирог, – сказал Эл. – А потом подпишем бумаги и отправим тебя восвояси.

Тим Хесс наблюдал за тем, как факс распечатывал список, присланный Бартом Янгом. Фамилии были рассортированы по датам. Прилагались также адреса, телефоны и подписи покупателей. В основном приборы приобретали представители похоронных бюро: Марв Локлир из "Бюро Локлира", Бартон Брауд из мемориального парка Мэйвуда и многие другие.

В листе Тим нашел и Алана Боба. Большая часть заказов поступила из округа Лос-Анджелес. 19 – из их родного округа, 16 – из округа Сан-Диего, 14 – из Риверсайда и 14 – из Сан-Бернардино. Люди умирали повсюду, поэтому и спрос на подобного рода товар не уменьшался.

Хесс собирался сравнить три списка: владельцев фургонов, клиентов магазина Арни и покупателей приборов для бальзамирования.

Тим чувствовал затылком, как каждый проходящий смотрел на его облысевшую голову. Тима бросало в дрожь от холодного воздуха из кондиционера.

Дома, перед тем как выйти на работу, он перемерил с десяток различных шляп. К сожалению, они лишь еще больше привлекали внимание к тому, что он пытался спрятать. В итоге Хесс остановился на мягкой фетровой шляпе, которую издавна носил в дождливую погоду. Сняв ее в департаменте, он сразу же почувствовал на себе взгляды коллег. Их глаза словно впивались в его голую кожу. Через час-два Хесса это начало раздражать.

...Дэйл Симмонс из "Похоронного бюро Симмонсов", Уильям Уэйн из приюта с романтическим названием "Розовый сад" в Лэйк-Эльсиноре...

Снова Эльсинор. Шоссе Ортега. Убитые Лаэл Джилсон и Джанет Кейн. Застреленный ла Лонд. Билл, покупатель его хитроумного изобретения. Прибор для бальзамирования куплен за три месяца до похищения Лаэл Джилсон, за месяц до приобретения саней и прочего в охотничьем магазине.

Однако в других списках никакого Уильяма Уэйна не значилось. И вообще совпадений в трех имеющихся перечнях Хесс не обнаружил.

С другой стороны, это было бы слишком просто. Хесс прекрасно знал, что многие поначалу запутанные дела часто раскрывались просто и неожиданно. Однажды, например, убийца детей из Атланты, которого долго не могли поймать, сбросил мальчика с моста прямо на глазах у агентов ФБР. Правда, такая удача всегда приходила сама собой и ее нельзя было предугадать. И случалось подобное только тогда, когда все остальные средства были уже исчерпаны и дело казалось проигранным.