— Вернулись, вернулись же, — бормотал он, и по его щекам текли скупые мужские слезы.

— Товарищ командир, там наши в городе, — разбудил лежавшего на старом матрасе мужчину в командирских галифе, мальчишеский шёпот. Рядом с раненым висела ремень с кобурой, и капитанский френч.

— Что?.. Погоди Михайло, какие наши? — со стоном подтянув к себе костыль, стараясь не тревожить перебинтованную ногу, поинтересовался мужчина.

— Ну наши, советские. Сам видел. Там стрельба была, я побежал посмотреть. Там на выезде немцы убитые лежат и трое наших их в кювет носят. Там командир был, с тремя треугольниками в петлицах.

— Старший сержант, — задумчиво протянул раненый: — Вооружены?

— Да. А у командира даже автомат. И танки видел, но они мимо проехали, в сторону реки. Может рассказать про вас, товарищ командир?

— Подожди пока. Лютнев с бойцом пытались пробиться, и где они? Убили их. Жалко, совсем молодой лейтенант был… Ты вот что, понаблюдай, что они делают, чем занимаются.

— Хорошо, товарищ командир, я тогда Яшку позову, он тоже пионер, поможет.

— Надежный?

— Да, это он вам лекарства доставал, у него мама в аптеке работает.

— Вечером доложишь, а пока ступай, — велел раненый, и устало откинулся на подушку.

— Проезжай! — махнул флажком, боец-регулировщик, тормозя двух мотоциклистов.

Дымя дизельным выхлопом, мимо прополз порожний грузовик, повернув на продовольственные склады.

Устало разогнув спину, он осмотрелся. Чуть в стороне, находился блокпост, как их прозвали командиры, новое веянье из штаба. Там повернув пулеметы в сторону города, в охранении стояло отделение бойцов. Город группа не брала, просто не было сил для этого, но обеспечить охрану, чтобы немцы не совались, вполне была способна.

— Товарищ военный? — кто-то окликнул бойца детским голосом.

Закрутив головой, красноармеец рассмотрел под кустами двух мальчишек в пионерских галстуках.

— Что вам? — улыбнулся он.

Переглянувшись, мальчишки встали и подошли ближе.

— Вы советские бойцы? Красная армия?

— Ну да, — утвердительно кивнул боец и, наклонив голову, снял каску чтобы показать пилотку с красной звездой. К нему с подобными вопросами обращались не в первый раз, так что он знал, что и как отвечать.

— Нас, товарищ капитан послал, он раненый у Мишки на чердаке лежит, давно уже, — сказал кучерявый паренек цыганистого вида.

— Капитан? — нахмурился парень, с подобными новостями жители тоже подходили, всякое за эти два дня бывало: — В городе?

Мальчишки кивнули.

— Тогда вам к командиру надо. Вон пост, туда идите, он разберётся, — махнул регулировщик в сторону поста.

У города было довольно сильное движение. Вывозилось все, продовольствие, ГСМ, с захваченных немцами и отбитых назад складов мобилизационное вооружение, боеприпасы, обмундирование. С пунктов эвакуации советские танки собранные немецкими трофейщиками. Так что боец отвлёкся, пропуская очередную колонну, тормозя другую.

— В городе говорите? В центре?

— Да, у комендатуры, — кивнул белобрысый паренек.

— Там немцем много, не пробьемся… хотя… — сержант задумался.

Он был в курсе, что особисты готовят прорыв в центр для захвата комендатуры и освобождения пленных, что содержались в местной тюрьме. Да и архив их интересовал тоже.

— Попробую помочь. Вы в городе как ориентируетесь?

— Чего?

— Город знаете?

— Конечно, — аж возмутились мальчишки от такого вопроса.

— Хорошо, сейчас вас на мотоцикле отвезут к командирам, они помогут, да и вы им тоже. Силантьев слышал?

— Да.

— Мухой их к капитану.

— Есть.

Помощь мальчишек оказалась существенной, рота мотострелков на трофейных бронетранспортерах и грузовиках в сопровождении танков, через переулки спокойно проехала к центру. Бой начался, когда они показались на главной площади города, тут уже вступили в дело танки, и быстро подавили немногочисленное сопротивление.

Через два часа советские бойцы покинули город. За то время что они находились, к ним неустанным ручейком текли люди. Тут были и госслужащие не успевшие эвакуироваться, и раненные бойцы с командирами, были так же местные жители.

— Товарищ Сталин! Срочное сообщение из Киева. Лично от товарища Кирпоноса, — предварительно постучавшись, в кабинет Главнокомандующего вошел секретарь, неся в руках папку.

— Что там?

— Неизвестно, товарищ Сталин.