Переступив порог храма, первым делом Пашка поинтересовался, стремясь, чтобы услышали его все присутствовавшие:

– Граждане, вы в курсе, что Бога нет?!

Это было только начало его обширнейшей программы по пропаганде атеизма!

В этот самый момент к нему подошел моложавый священник с ухоженной черной бородой и тихо сказал на ухо:

– Молодой человек, это не важно, вы потерпите немного. Ради матери!

Пашке стало стыдно.

Они еще много раз встречались с тем священником, спорили до хрипоты, даже ругались, а в итоге – подружились. Потом Паша взялся искать сумасшедшего, который жег церкви, оставляя в них тела убитых им женщин, и отец Сергий помогал ему знаниями и советами. Последний раз священник навестил сына своей прихожанки в больнице. Замотанный в бинты, Паша смотрел сквозь посетителей и докторов, а за все время его визита произнес только одну фразу: «Я будто бы собственными руками ее убил!»

Теперь они встретились снова.

Отец Сергий бесцеремонно разглядывал Пашку.

– Знаю, что злоупотребляешь… – Священник щелкнул себя пальцами возле кадыка, рассмешив Седова этим легкомысленным жестом, диссонирующим с благообразным видом и рясой. – Не понимаю, – не успокаивался отец Сергий, – как такой умный парень, как ты, может губить себя водкой!

Пашка пожал одним плечом.

– Не понимаю, – буркнул он в ответ, – как такой умный человек, как ты, может верить в Бога?

– Ладно, – сказал отец Сергий, который никогда не попадался в Пашкины ловушки, – ты всегда был упрямым. Может, своего и добьешься – сдохнешь от цирроза… Итак, о чем желаешь поговорить?

Отогнав от себя ощущение дежавю, Седов ответил:

– О вреде сектантства. – Слова будто бы повисли на некоторое время между собеседниками.

– Как странно, – сказал отец Сергий задумчиво. – Видно, Бог мои мысли слышал. Я тоже об этом думаю не переставая. Пойдем, в саду поговорим.

Они прошли в глубь двора, обогнули церковь, отворили маленькую калиточку в деревянном высоком заборе и прошли в цветущий белым и розовым церковный сад. Здесь было тихо, пели птицы, молодая травка блестела на солнышке.

– Я подумал, что ты сможешь мне кое-что объяснить, – сказал Седов. – Эта секта, что у нас в Гродине, она, как мне кажется, всем мозги запудрила. Рассказывают о ней невероятное: и бизнес продвигается, и здоровье крепчает, только надо пойти на собрание и получить благословение.

Священник покивал на его слова, видимо подразумевая, что и сам такие байки слышал неоднократно.

– Да, что-то у нас тут происходит, трудно не согласиться, – произнес он. – Видишь ли, я это заметил по своим прихожанам. Их стало меньше. В основном исчезли молодые лица. И это грустно. Еще пропали несколько моих основных жертвователей. – Отец Сергий чуть виновато улыбнулся. – Ты пойми меня правильно, но как мы звонницу построим или православный приют для детей организуем, если не будет щедрых благодетелей? А что тебя интересует в первую очередь?

– Все, – уклонился от прямого ответа Паша.

Священник на минуту задумался, а потом начал говорить:

– Тогда начнем с определения. Мне нравится такое: секта – это прежде всего удачно воплощенный в жизнь бизнес-проект, в основе которого лежит использование труда людей, воля, сознание и мышление которых искусственно изменены. Каждый попавший в секту постепенно превращается в раба и несет организаторам секты солидную прибыль в карман. Для этого используются самые разные методы. Новичков серьезно обрабатывают на всяких семинарах, тренингах, собраниях и сессиях. По ходу дела организаторы секты рассказывают, что мир вокруг нас есть зло и страдание, что Бог уже готов уничтожить человеческую расу и только члены секты смогут обрести спасение. Впрочем, здесь кто во что горазд, и я думаю, что космогония, теософия и прочее особого значения не имеют. Неси любую чушь, болтай, ври, выдумывай – все сойдет, все будет хорошо. Слышал я и такое: организаторы секты выдают себя за зачинателей новой расы сверхлюдей. Говорят, в России действуют около сорока крупных сект: сайентологи, культ Порфирия Иванова, «Свидетели Иеговы»…

– А в Гродине что за организация? – перебил его Паша.

– В Гродине нечто новое и неизвестное. Мне думается, что здесь изобретена какая-то иная система одурачивания.

– Все же странно, что про нашу секту только хорошее слышно, – закинул удочку Паша. – Обычно говорят, что, если человек попадает в секту, он отказывается от семьи, близких, привычного образа жизни. Становится рабом чужих бредней и делает то, что ему прикажут в секте. А тут, получается, все процветают, жить начинают хорошо, пить бросают и начинают свой бизнес. Как же так?

Отец Сергий почесал свой маленький точеный нос.

– Есть два объяснения, – сказал он. – Одно теологическое, а другое практическое. Будь ты человеком из моей паствы, я бы не кривя душой и совершенно серьезно объяснил тебе, что явление сие суть иллюстрация к выражению «продать душу дьяволу». И пояснил бы это я так: наша жизнь есть лишь путь к жизни иной, и от того, как ты пройдешь этот путь, зависит, откроются ли тебе врата на небеса или ты рухнешь в преисподнюю. Сам знаешь, чем отличаются два этих места.

Паша кивнул, чтобы поторопить священника перейти ко второму объяснению, Однако собеседник продолжал говорить не спеша:

– Иными словами, изменяя своей вере в компании этого Учителя… Не удивляйся, я своих противников в лицо знаю, – пояснил он как бы между прочим. – Человек получает материальные блага под залог своей души. Конечно, последует и расплата. Ну вот, а практическое объяснение у меня такое: модифицируются секты ныне, изменяются. Видимо, организатор нашей, как ты выразился, секты – опытный плут, большой специалист по пирамидам, профессионал в сфере финансов. Он использует удачу своих сектантов себе на пользу. Кроме того, реноме секты поддерживается, я уверен, искусственно. А именно: распускаются слухи, положительные для репутации секты, и гасятся негативные. Вот и все.