— Ну?

— Ну… А ты знаешь, что твой Перевозчиков был реальный медиамагнат? Акула шоу-биза?

— То есть?

— А вот, например… его продюсеры в его же компании и работали. То есть это не они ему башли давали. Это он им зарплату платил.

— Ты хочешь сказать, что он своим бизнесом владел сам?

— Ни фига. Я другое хочу сказать. Он не только своим бизнесом владел сам. У него еще был контрольный пакет в двух рекорд-компаниях. И на русском Эм-Ти-Ви. И еще он собирался две интернетовские конторы прикупить — переговоры шли полным ходом… Вот такой вот кретин в красной бандане. И самое главное — ты прикинь, пока его не завалили — никто не кололся! Ни словом! Чудеса, блин. Это ж такой бизнес пиздливый…

Эмиль криво, натянуто улыбается — и словно бы сам себе:

— Эмулятор.

— Чего?

— Ничего.

Эмиль выходит из подъезда редакции. Останавливается у дверей. Достает сигарету, сует в рот. Осматривается. Поодаль, как бы не глядя на него, стоят двое давешних молодых людей. Эмиль, не зажигая сигареты, двигается по тротуару. Резко останавливается и оборачивается. Видит, что парни идут следом. Они с Эмилем смотрят друг на друга. Мулат выплевывает сигарету и идет навстречу. Парни отворачиваются. Эмиль направляется прямо к ним:

— Здорово, пацаны.

— Тебе че?

— Где-то я вас видел сегодня.

— Че те, мужик?

— Или вы за автографом? Попросить стесняетесь?

— Вали отсюда.

— Тебя что, так учили с объектом разговаривать?!

— Ты, каз-зел, вали, бля…

— А ты, каз-з-зел, за мной не ходи!

Парень, набычившись, отталкивает Эмиля одной рукой. Тот в ответ отпихивает его обеими. Парень отшатывается — и тут же бьет Эмиля в челюсть. Мулат, однако, уклоняется от удара или блокирует его — и наносит ответный, вполне успешный: оппонент, получив прямой в голову, отшатывается… Но второй парень тут же бьет Эмиля ногой сбоку, Эмиль теряет равновесие и падает на одно колено. Его бьют ногами.

Эмиль в ванной, кривясь, смотрит на свою физиономию: несколько ссадин, кровоподтек на скуле… Эмиль промокает ссадины проспиртованным бинтом. Звонит телефон.

Мулат выходит из ванной и берет мобильник, мельком глянув на дисплей:

— Привет, Лис.

— Привет… Как дела?

— Не дождетесь.

— У тебя все нормально?

— А что?

— Ты не замечал — за тобой никто не ходит?

— А что? За тобой ходят?

— Какие-то уроды… Я сначала заметила — не, думаю, бред, паранойя… Но потом, через несколько часов, смотрю — те же самые… До самого дома проводили… За тобой точно никто не следит?

— Следит?.. Пожалуй, следят.

— Точно? Ты тоже заметил?

— Я не только заметил… Я почувствовал.

— Что такое?

— Могло быть хуже.

— Нет, серьезно…

— Ну, пару раз по чавке дали.

— Напали на тебя?

— Ну, это скорее я на них напал…

— Сколько их было?

— Двое.

— Молодые? Такие… Здоровые. Под ежик.

— Здоровые. Под ежик.

— Слушай… Помнишь, Артем про этих своих орлов говорил?

— Говорил… Говорил… Ты думаешь?..

— Слушай… Давай Андрею позвоним.

Андрей сидит на полу в своей студии, отщипывая от грозди винограда на обширной тарелке. В кресле рядом устроилась девушка, слушает плеер, немо подпевая неслышной мелодии. Звонит телефон. Андрей лезет в карман:

— Да? Привет. Да. Да. И что? Ни фига себе. Нормально, — встает. Девушка смотрит на него удивленно. Андрей продолжает озабоченным и очень серьезным голосом. — Думаешь? Да… Замечал. Замечал, — отворачивается от девушки. — Угу. Согласен. Да. Знаете что? Приезжайте ко мне. Прямо сейчас. Есть чего обсудить.

Девушка снимает наушники и недоуменно смотрит в спину Андрею.

В студии Андрея, в «деловом» ее углу, стоят сам Андрей и Эмиль, рядом с ними сидит Алиса, нервно вертя в пальцах ключи от машины. Все очень серьезны. Моргает скринсейвером экран компьютера.

— Ребята… — говорит Андрей озабоченно. — Я должен перед вами извиниться… и объясниться. Извиниться, что не сказал всего сразу, — и подвергал вас… нас изрядному риску.

— Ты про Артема? — подозрительно спрашивает Алиса.

— Да, я про Артема. Понимаете, когда мы встретились все — в первый раз… Я не решился вот так вот сразу все сказать, сразу заставить не доверять одному из нас… Как выясняется, это было ошибкой. Как выясняется, мое торможение могло обойтись очень дорого… кому-нибудь из нас. Если не всем… Еще раз извините, ребята.