…Иван Дудников и Микола Хижняк только что позавтракали. Помыв котелки, они сидели у противотанкового ружья и курили.

Уютно расположившись на устланном пахучим сенцом сиденье с удобной, как в кресле, выдолбленной в земле спинкой, Дудников по обыкновению принялся за вырезывание из куска березы замысловатой табачницы. Оставаясь для неприятельского глаза совершенно невидимым, он мог одновременно заниматься своим рукодельем и вести наблюдение за рубежом противника. Смотровое отверстие в бруствере было устроено так хитро, что походило на скрытый под косматыми бровями зоркий глаз.

Рядом с смотровым располагалось окошечко для ружья, само же ружье выставлялось из окопа только при появлении танков. Всю хитроумность этого сооружения дополнял с подлинным охотничьим мастерством сплетенный Дудниковым из лозы и покрытый тонким слоем дерна колпак. Когда появлялся вражеский самолет-разведчик, Дудников, чтобы скрыть от фотонаблюдателя ячейку окопа, быстро, как суслик, нырял в нее и накрывался колпаком.

Иван Сидорович вполне заслуженно гордился изобретенным им колпаком. Соседи-бронебойщики быстро переняли опыт товарища и устроили такие же колпаки и у себя.

Окоп, в котором попеременно дежурили Иван Дудников и Микола Хижняк, был вообще устроен очень искусно и походил на большую отвесную нору. В нее, в случае прорыва фашистских танков, можно было опуститься вместе с противотанковым ружьем и переждать, пока танк проползет над самой головой.

От главной ячейки окопа вел узкий крытый проход в запасный, такой же глубокий и круглый окоп. В стене земляного коридора чернели тщательно выдолбленные ниши для гранат, патронов и немудрящей солдатской амуниции — ручных лопат, котелков, противогазов и вещевых мешков.

Рядом с запасным окопом располагался «спальный кабинет», как в шутку называл его Дудников, — небольшое, на четырех человек, углубление, перекрытое в два наката толстыми бревнами. Здесь в часы затишья по очереди отдыхали бронебойщики.

…В крытом дерном ходе сообщения послышался шорох и приглушенные голоса. В «спальный кабинет» просунулась сначала голова Гомонова, за ним плечистая фигура Алексея, согнутая вдвое тощая и сухая — капитана Труновского. Последним, тяжело отдуваясь, еле протиснулся в землянку майор Соснин.

Микола, только что сменившийся с поста наблюдения и перематывавший портянки, быстро натянул сапог, растерянно вскочил. Потолок землянки был недостаточно высок, и Микола стоял, согнув шею, смущенно глядя на пожаловавших в гости офицеров.

Он был чисто выбрит, черные усики торчали над верхней губой двумя изогнутыми шильцами.

— Садитесь, товарищ Хижняк. Мы зашли вас проведать, — приветливо сказал Алексей. — Сержант Дудников на посту?

— На посту, товарищ гвардии подполковник, — оправившись от неловкости, ответил Микола.

— Хорошо. Мы потом его позовем.

Голоса под низким потолком землянки звучали глухо, как в погребе.

Микола выжидающе смотрел на гостей. А главное, он, как и все в батальоне, был рад видеть своего недавнего замполита, своего «ридного батьку», как он называл Алексея.

— Товарищ Хижняк, мы пришли вручить вам и Ивану Сидоровичу кандидатские карточки Коммунистической партии, — просто и чуть торжественно сказал Алексей.

При этих словах лицо Хижняка сразу стало серьезным, как перед принятием присяги. Так вот зачем пришли к ним на позиции командиры! Он стоял все в той же позе, вытянув тяжелые узловатые руки по швам.

Алексей вынул из бокового кармана завернутые в целлулоидную бумагу две новенькие книжечки в зеленовато-темных папках.

— Товарищ гвардии подполковник, разрешите, — вмешался Гомонов. — Я позову Дудникова… Чтобы сразу обоим. А я пока постою у ружья.

— Позовите, — приказал Алексей.

В землянку вошел Дудников, смущенный, улыбающийся. Он вопросительно взглянул на Алексея, потом на Труновского и Соснина и снова перевел взгляд на начальника политотдела.

— Ну вот, теперь можно и обоим, — сказал Алексей.

Торжественность момента возникала сама собой.

Вспотевший от долгой ходьбы, добродушный майор Соснин и внешне безразличный ко всему Труновский стояли молча, полунагнув головы и прижимаясь спинами к стене землянки. В маленькое отверстие, выведенное под самой крышей на восток, проникал светлый молодой луч солнца, наполняя землянку прозрачным свечением.

— Иван Сидорович и Николай Трофимович, — все так же просто, только с большей задушевностью заговорил Алексей. — Сегодня мы пришли к вам не с обычным делом. Большой шаг сделали вы, Иван Сидорович и Николай Трофимович, очень важный для своей жизни.