– Брось!

Рэм стоит в шаге от генерала, и теперь ему не мешает дым он видит спину и затылок Дэка очень хорошо.

Дэк застывает, но все еще сжимает автомат в правой руке.

– Брось, дубина, голову прострелю.

Генерал разжимает пальцы.

Толстый, последним добравшийся до зала, командует ему:

– А теперь, дружище, оттолкни-ка его ногой подальше. Не вздумай баловать.

Дэк сгибает было ногу, чтобы отпихнуть автомат, но вдруг с воплем переворачивается на живот.

– Не могу… Вот стерва!

Рэм делает шаг вперед и забирает автомат. Толстый командует:

– Девочка, наручники ему и кляп.

– Привет, ребята! – говорит Дэк. – Давно не виделись. По тебе, Толстый, я соскучился, а ты Рэм, как вижу, продался.

Секретарша, стерев кровь с лица рукавом, ловко защелкивает металлические дужки. Мастерица! Резким, злым движением она переворачивает Дэка на спину. Всей тяжестью садится ему на живот и запихивает кляп. А потом, глядя в глаза генералу, произносит:

– Запомни, если бы не автомат, я бы тебя победила Сила на силу, без оружия, я сломала бы тебя. Я выжала бы из тебя масло.

Толстый недовольно бросает:

– Молчать! Стрелять надо было, девочка, а не забавляться… Низом никто не ушел?

– Ни один человек, это точно. Дай его мне… потом.

– Уймись. Не твоего полета дичь. Перелом?

Секретарша ощупывает ногу Дэка и с сожалением отвечает:

– Нет, только вывих.

– Вправь. Иначе на себе потащишь. Рэм, осмотри трупы. Маловато их.

Толстый отходит к дыре в полу, помогает саперу подняться. Рэм бродит по залу, всматриваясь в лица Он переворачивает последний труп, лежащий спиной кверху, и докладывает:

– Вепря нет. Гэла Кетшефа нет.

Мгновение спустя он слышит щелчок и глухой стон.

– Порядок, командир. Будет бегать, как новенький…

– Молодец, девочка. Вынь кляп, он должен ответить на один вопрос. Оч-хорошо. Так. Дэк, где Вепрь с Гэлом?

Генерал молчит.

– Массаракш.

– Я займусь им? – с надеждой осведомляется женщина.

– Ни-ни.

Толстый медленно, со вкусом, закуривает. Пускает дым в потолок, шевелит губами, размышляя. А потом сообщает Дэку:

– Не надо, генерал. У меня достаточно взрывчатки, чтобы поднять на воздух полковую казарму. И я даю тебе слово не делать этого, если ты ответишь на мой вопрос. Ты меня знаешь.

Дэк молчит долго.

– Толстый, дай и мне.

Толстый вставляет генералу курево в рот. Позволяет затянуться. Вынимает.

– Не тяни.

– Они на Восточном оборонительном участке. Голоса делегировали Фильшу.

Рэм откликается:

– Такое могло быть. Сам понимаешь, скоро у них наступление.

Генерал морщится:

– Несколько дней назад ты бы сказал: «У нас наступление».

– Тари жива?

– Да.

– Дэк, ты помнишь, чем мы набили ров?

– Ах вот оно что… – и генерал замолкает.

– Что за ров, мужик?

– К операции не относится, Толстый. Потом расскажу и покажу… если захочешь.

– Тогда на хрен вечер воспоминаний! Кляп, девочка Толстый докуривает.

– Пора доделать дело. Как там у тебя? Цело оборудование? – спрашивает он у сапера.

Тот кивает в ответ, мол, у меня полный порядок, готов работать по плану. Молчун.

– Действуй.

Сапер выгружает содержимое своего рюкзака на пол и принимается с феноменальной быстротой собирать из отдельных блоков нечто единое. О! Никакой взрывчатки. Радиостанция. Верх миниатюрности, передний край науки и техники… времен последнего императора.

– Я – Вирус, я – Вирус! Орел, прием! Орел, прием! Бык, прием! Бык, прием! Я Вирус – ответьте!

Идет время. Тянется подлое, хитрое время… Тик-так, тик-так.

Повинуясь приказу Толстого, женщина отводит Дэка вниз, а Рэм осматривает зал, собирая документы.

– Есть контакт с Орлом! И Бык появился!

Толстый, мнится Рэму, облегченно переводит дыхание.

– Соколу и Быку передать команду по коду «ноль».

– Так точно, господин генерал! Орел, Орел, я – Вирус. Команда «Шторм». Как слышите, прием! Вас понял, Орел. Бык, я – Вирус. Команда «Шторм». Как слышите, прием! Вас понял, Бык.

И сапер, повернувшись к Толстому, бесстрастно сообщил: