Шрифт:
– Не знаю, – пожав плечами, ответил Паркер.
– Вы не хотите уступить ни цента, – пожаловался Гриффит, – уперлись на своем, а на остальных вам наплевать. Может, все дело в том, что вам не хочется браться за эту работу, она вас пугает; может, вам просто неприятно, если Мак-Кей догадается, что вы боитесь, вот вы и затеяли всю эту бодягу, чтобы слинять под подходящим предлогом.
– Заплатите мне сорок тысяч, – твердо сказал Паркер, – и я возьмусь за это дело. Не заплатите – выхожу из игры.
– Вы не хотите договариваться, – разозлился Гриффит, – как же мне заключать с вами сделку?
– Очень вероятно, что ничего у вас не получится, – согласился Паркер.
Гриффит еще с минуту пожевал губами; видно было, что он разозлен не на шутку.
– Ладно, у меня есть еще одно предложение, – наконец произнес он. – Вы согласились, что с этим делом можно управиться вчетвером.
– Возможно, – кивнул Паркер. – Если повезет.
– Ладно, ладно, – замахал руками Гриффит. – Давайте оба рассчитывать на удачу. Я дам вам сто шестьдесят тысяч. Тогда, если управитесь вчетвером, то получите свою цену. Если наберете больше народа, ваша доля уменьшится. И я заплачу вам практически отдельно от остальных, я даю вам на тридцать тысяч больше того, что уже обещал.
– Не знаю... – неуверенно протянул Паркер.
– Чего не знаете? – Гриффит вскочил, трясясь от ярости. – Я переломил себя, согласился на все, чего вы добивались. Так чего же вы не знаете?
Неохотно, как бы не решаясь дать окончательный ответ, Паркер наконец кивнул.
– Идет, – сказал он, – сто шестьдесят, независимо от того, сколько человек мы задействуем.
– Наконец-то! – с облегчением вздохнул Гриффит.
Глава 4
Паркер разыскал Мак-Кея около бара, тот обсуждал с одним из барменов перспективы профессионального футбола.
– Дело сделано, – прервал его разглагольствования Паркер.
– Верняк, – заключил свои наставления Мак-Кей, одним глотком опорожнив стакан и ставя его на стол. – «Тайтл», – наставительно сказал он, – я по-прежнему ставлю на «Тайтл».
– Все может быть, – недоверчиво пожал плечами бармен.
– Никаких «может быть», – заверил его Мак-Кей и обратился к Паркеру: – Надо разыскать Бренду.
Бренда стояла посреди лужайки в группе молодежи, обсуждавшей интересующие их вопросы. Мак-Кею потребовалось не больше минуты, чтобы вытащить ее из этого кружка. Паркер тем временем отошел в сторонку, стараясь держаться подальше от гостей, чтобы его опять не вовлекли в беседу. Затем все втроем они пересекли лужайку и скрылись в доме. Миновав комнаты и коридор, они вышли на улицу, так и не встретившись больше с Гриффитом. На обратном пути машиной управлял Мак-Кей, Бренда уселась посередке, а Паркер справа. Мак-Кей молчал, пока они выруливали на улицу, и заговорил только после того, как машина выбралась на шоссе, ведущее к мотелю.
– Все получилось по твоему желанию? – спросил он Паркера.
– Да, – односложно ответил тот.
– До чего вы договорились? Ты еще раз хочешь встретиться с ним?
– Я хотел получить еще двадцать кусков, – ответил Паркер.
– Какие двадцать кусков? – переспросил Мак-Кей, бросив на него хитрый взгляд поверх плеча Бренды.
– Это разница между ста тридцатью и ста пятьюдесятью.
Мак-Кей, улыбнувшись в ответ, сосредоточил все внимание на дороге, хотя движение в районе жилых домов не было оживленным.
– И ты их получил? – переспросил Мак-Кей.
– Я получил больше, – ответил Паркер.
– Больше? – удивился Мак-Кей.
– Гриффит от ста тридцати тысяч перешел сразу к ста шестидесяти. Пришлось согласиться, – с безучастным видом сказал Паркер.
– Хотелось бы мне посмотреть на него в этот момент, – расхохотался во весь голос Мак-Кей. – Черт возьми, это же великолепно!
– Может, и так, – охладил его восторг Паркер. – Я лично ни в чем не уверен.
– Почему же? Какие проблемы? – удивился Мак-Кей.
– Слишком легко мне удалось переубедить его. Подозрительно, что он сразу уступил так много. И кто-то из гостей на его приеме сказал, что он на мели.
– Гриффит? С его роскошным домом? – недоверчиво спросил Мак-Кей.
– Его проблема в том, что он накупил слишком много картин и затоварился, – объяснил Паркер.
– По-твоему, это правда? – спросил Мак-Кей, внимательно наблюдавший за движением слева.
– Зачем же ему другие картины, если он еще не продал старые? – удивленно спросила Бренда. – Я хочу сказать: если он не может продать те, что у него есть, так зачем покупать новые?
– Возможно, у него появился покупатель, – отмахнулся от ее вопросов Мак-Кей, покачав недовольно головой. – А может, хочет создать запас на будущее.
– Ты обсуждал с ним, когда он нам заплатит? – спросил Паркер.
– В этом-то и загвоздка, – взволнованно ответил Мак-Кей. – Я не догадался спросить его об этом, понимаешь? Он заморочил мне голову своим роскошным домом, образом жизни; я решил, что он никуда не денется и не сбежит. Поэтому и не волновался об оплате.
– А по-твоему, он способен удариться в бега? – заволновалась Бренда.