Я внимательно посмотрела на клиентку. На глаза попался только затылок. Волосы недавно красила, и стрижка хорошая. Однако лежит прическа не очень хорошо, так бывает, когда человек сильно расстроен, переживает.

Все-таки с мужем вопрос неясен. Вместо того чтобы просить помощи у него, Наталья бежит к нам. Хотя в прошлую нашу встречу я ясно дала понять, что не хочу больше иметь с ней никакого дела. Видно, и впрямь не к кому ей больше обратиться.

Да, в свое время я тоже думала, что у нас с мужем идеальный брак. Мы с ним никогда не ссорились, все называли нас красивой парой. Так продолжалось шесть лет, по истечении которых я узнала, что вот уже полтора года муж мне изменяет со своей сотрудницей. И все в его фирме об этом знают.

Наталья обернулась, и я едва успела придать своему лицу самое безмятежное выражение. Если ей еще и про мужа начать гадости говорить – ничего у нас не выйдет. К тому же я ничего про этого человека не знаю – вполне возможно, что он просто очень занят на работе и не считает нужным обращать внимание на жену.

Есть такие люди: я, говорит муж, тебя содержу, денег на твои тряпки-фитнесы не жалею, так и развлекайся самостоятельно, а меня оставь в покое, проблемами своими пустяковыми не грузи.

– Хотите чаю? – неожиданно предложила я.

– Хочу! – слабо улыбнулась Наталья.

И я сразу поняла, что вовсе не интересно ей распивать со мной чаи, просто не хочется уходить – снова к своим проблемам. Все-таки странная она какая-то: денег много, времени свободного навалом, казалось бы – занимайся чем хочешь! А она все время тоскует. Ну, сейчас, допустим, у нее проблемы, а раньше-то?

Между делом я сервировала чай и расстраивалась по поводу продуктов. Точнее, их отсутствия. Снова у дяди Васи ничего в холодильнике нету – два яйца, селедка в банке, две позавчерашние котлеты, открытый пакет молока. Я после купания в ледяной воде два дня не в лучшей форме, так он небось пельменями питается. Так и есть, вон морозилка забита.

Я порыскала еще в буфете – ничего, только пачка кускового сахара и засохший лимон. Ну, нас так просто не возьмешь за рупь, за двадцать! – как говорит дядя Вася, если попадется особенно трудоемкая модель какого-нибудь танка.

Я понюхала молоко – вроде не скисло, вылила его в миску, туда же вбила яйцо, обмакнула в эту субстанцию кусочки булки и бросила их на сковородку.

– Гренки… – улыбнулась Наталья, – как давно я их не ела… Мы раньше с папой их любили жарить…

– А моя бабушка называла их «бедный рыцарь»! – рассмеялась я.

В это время на кухню явился Бонни. Я ведь заперла его в комнате! Но если этот обжора почует запах еды, его никакая преграда не остановит! Ума не приложу, как он сумел открыть задвижку – не иначе как силой голодного взгляда…

Бонни у нас имеет очень колоритную внешность, одна морда чего стоит. Пасть размером с хороший объемистый саквояж, слюна капает всюду, тело поражает своими размерами и едва умещается в малогабаритной дяди-Васиной кухне.

– Ой! – вскрикнула Наталья. – Это что же такое?

– Не бойтесь! – тут же вскочила я. – Я его сейчас выгоню!

– Да я и не боюсь, он очень славный… – пролепетала Наталья, и я поняла, что она и вправду не боится. И то сказать – ей в последнее время и так есть от чего расстраиваться и кого бояться, а Бонни – просто большая миролюбивая собака. Но ужасно невоспитанная.

Наталья протянула руку и потрепала Бонни по загривку. Он подошел ближе и облизнулся. Гренка исчезла в этой пасти мгновенно. Бонни съел еще три штуки, после чего улегся рядом с Натальей тихонечко, не пытаясь устроить свою головищу у нее на коленях. И вообще вел себя очень прилично, я даже удивилась.

За чаем мы съели тарелку гренок, и сахар, и лимон, который Наталья ела без чая, просто дольками, как апельсин.

На мои осторожные расспросы она рассказала, что отец ее скоропостижно умер пять лет назад, а мама выдала дочь замуж и уехала в Штаты примерно года через полтора.

– А как вы познакомились с мужем?

Я спрашивала просто из вежливости, чтобы поддержать разговор. Вдруг в процессе беседы выяснится что-нибудь важное?

– Меня подруга познакомила, Ольга, – Наталья улыбнулась.

– Вы с самого детства вместе? За одной партой сидели, всюду вместе ходили…

– Да нет… – Наталья окунулась в воспоминания, – мы только в старших классах с ней учились. И даже не очень и дружили. У них своя была компания, все такие бойкие, продвинутые… А я, знаете, в школе тихоня такая была, скромная очень, мальчиков стеснялась, учителей боялась, меня белой мышью звали.

– И вовсе не похожа! – рассмеялась я.

– Это сейчас, а раньше… понимаете, папа меня очень любил, но воспитывал… как бы это сказать, по-своему, по-мужски. Все пытался привить бойцовские качества, ну какой из меня боец? – Она печально улыбнулась.