— Вроде как да. Народ шумел, значит, расходится. Может, тут полежишь? Я тебе настоечки дам? Поспишь?

— Не надо. Сколько можно?!

— Тогда провожу.

— Как хочешь.

Алекс встал с кушетки и сделал пару шагов к двери…

— Просыпайся, скотина!

Пинок по ребрам, потом — под дых.

— А-а-а, — он согнулся от боли, дыхание перехватило.

Еще один удар, на сей раз — по почкам, потом еще… В глазах потемнело…

— Слышь, ты не перестарался? Вдруг загнется?

— Не загнется… От такого еще никто не подыхал.

Саша закашлялся, открыл глаза и тут же зажмурился от яркого света, направленного прямо в лицо.

— Вот видишь, очнулся. Ну что, пошли?

— Куда? — прохрипел он и опять надсадно закашлял.

— На Кудыкины горы, воровать помидоры, — опять пинок. — Вставай, падаль!

Господи, за что его?! И где он сейчас?..

— Вы кто?

— Смотри-ка, не узнает…

Голос был знакомый, но рассмотреть своих мучителей Алекс не мог. Все тело ломило, и в придачу ко всему жутко хотелось пить. Сушняк…

— Воды дайте…

— Воды? И где мы тебе возьмем? Перетерпишь… Руки назад!

Саша послушно свел запястья за спиной, и их тут же перетянула веревка.

— Ребят, вы ничего не перепутали?

— Это ты все перепутал, падаль. Пошли.

Говоривший толкнул его, Саша споткнулся, упал коленями на что-то твердое и только тогда сообразил, что находится в туннеле. Как он тут оказался? Попытался вспомнить, но голова ни в какую не хотела хоть что-то соображать.

Его подняли на ноги и долго гнали перед собой по туннелю, а он все гадал, куда именно. Конвоиры больше ничего не говорили, и вместо ответов на свои вопросы он получал очередные тычки и короткое: «Пшел!»

Наконец-то впереди забрезжил свет. Станция. С изумлением он догадался — Гражданский проспект…

— Рат, мы нашли его. В туннеле дрых.

Света на станции было достаточно, и теперь Алекс мог рассмотреть своих сопровождающих. Голоса не зря показались ему знакомы: Мороз и его ближайший подручный, Паша Сальников. Только как они с «Мужества» тут оказались? И как он сам оказался в туннеле?!

— А второй?

— Удрал. Ну да это ненадолго. Мы свободны?

— Далеко не уходите.

Ратников некоторое время сидел молча, рассматривая Алекса… От этого взгляда хотелось съежиться, раствориться в пространстве…

— Ну что врать будешь? — голос у начальника был скорее усталый, чем гневный.

— Что? — вопрос обескуражил.

Алекс хотел было возмутиться — за что?.. Но Рат опередил: вынул из стола сверток. Обычный, газетный. Потом медленно, глядя своему виз-а-ви прямо в глаза, развернул его.

— Что это?

Саша сделал пару шагов к столу. Потом взял одну из ампул…

— Ну?! Что молчишь-то? Или читать разучился? Тогда я помогу. Промедол. Слыхал про такое?

— Рат… — Саша был в панике. Он ничего не понимал, ничего не мог вспомнить… — Дай попить…

— Что, сушняк? Так пить надо меньше. Давно ты под моим носом этим промышляешь?

— Рат… Я ничего не понимаю! Я… — Саша вдруг похолодел: все бесполезно… — Рат, меня кто-то подставил! Ты можешь не верить мне, но я ни при чем!

Его колотило. Если бы он хоть что-то мог вспомнить! Ни-че-го… Единственное, в чем он был твердо уверен — к наркотикам он не имел никакого отношения.

— Ты предал меня, — Рат горестно покачал головой, — предал…

— Рат, нет!.. Поверь мне! Меня кто-то подставил! И… И я ничего не помню!

— Зато все помнят другие!

Ратников медленно завернул в газету ампулы, убрал сверток в стол… Все это время он продолжал, не отрываясь, разглядывать Алекса, словно размышляя — а что такое бы с ним сотворить? Хотя что тут было размышлять?..

— Знаешь, я решил. Все-таки, мы с тобой не первый год знакомы, и добра ты мне сделал немало. А «Дача» — жуткое место, медленная смерть. Я не садист. Тебя просто расстреляют. Быстро и легко… Увести!

— Ну ты даешь! Может, тебя к военным медикам отправить? Из наших-то, пожалуй, никто с тобой не справится.

— Не надо. Все равно Рат не выпустит.

— Так мы под легендой…

Эх, если бы ему могли помочь эти медики…

— Водка у тебя есть?

Мамба с удивлением посмотрел на него и полез в шкафчик.

— Спирт, как и полагается. Что, налить?

— Плесни…

— Учти, закусить нечем. И много не налью, не рассчитывай.

— Переживу…