— Может, и сможем. Короткие, легкие поездки.

Все вытаращили на нее глаза.

Финт вздохнула: — Чудно. Я просто забочусь о Квеле. Он может никогда не выйти из клозета.

— Может, он помер, — предположила Полнейшая Терпимость.

— Внутренностно раздорван, — сказал Гланно. — Не думаю, что мне хочется на это глядеть.

— И вот выходит крыса! — зашипел Рекканто Илк.

Они оглянулись и затаили дыхание.

Пауза… задергался нос… мелкие торопливые шажки… Очень близко, так близко, что крысу окатило зловонным дыханием. Она отпрянула.

— Два консула, что она упадет замертво.

— Давай точнее! Она упадет замертво когда-нибудь, так?

— Боги подлые!

Крыса приободрилась и снова подступила ближе. Подобралась, вытянула шею — и начала лакать из лужицы слюны, работая серебристым язычком.

— Я так и думала, что она это сделает, — провозгласила Полнейшая Терпимость.

— Врешь.

— Итак, он никогда не проснется, — сказал Рекканто, — и я тут умру от жажды.

Дверь клозета заскрипела, Мастер Квел вышел, пошатываясь. Казалось, ему вовсе не полегчало. Маг подошел к ним. — Эта папайя… мне нужен лекарь…

— Или торговец фруктами, — предположила Финт. — Слушайте, у нас наклюнулся новый контракт.

Глаза Квела выпучились сильнее, он развернулся и похромал к клозету.

— Смотри, что ты наделала! — рявкнул Рекканто.

— Это не моя папайя, так?

В столь раннее утро улицы Даруджистана — кроме уличных рынков — были призрачными, усыпанными мусором, но и отчего-то волшебными. Золотой свет солнца погладил каждую поверхность нежной рукой художника. Слабый туман, наползший ночью с озера, отступил, и воздух сделался прозрачным. В бедных кварталах открывались ставни верхних этажей, из них лилось содержимое ночных горшков, обдавая мостовые и невезучих горожан, все еще лежавших мертвецки пьяными. Еще миг — и крысы побежали подбирать бесплатное угощение.

Печальный Верховный Жрец повел Маппо из храмового квартала вниз, в Приозерный район, в обход стены Второго Круга, а затем срезал путь через район Гадроби. По сути, Трелль повторял свой ночной путь в обратном направлении. Они шли, а город пробуждался вокруг, протирал спросонья глаза и разевал рты, заметив тщедушного жреца и его огромного спутника — варвара.

Наконец они вошли на узкую, уступчатую улочку, которую перегородила большая украшенная резьбой карета. Маппо видел нечто подобное раньше, хотя не мог вспомнить, где. Шесть скучающих на вид лошадей стояли в упряжи. Вокруг кто-то навалил сена, виднелось также немало свежих экскрементов — все указывало, что упряжка стоит тут довольно долго.

Жрец подвел Маппо к ближайшей таверне. — Туда, — сказал он. — Трайгальская Торговая Гильдия создана как раз для таких путешествий, что требуются тебе. Разумеется, они берут дорого, но чему удивляться?

— Заказчику требуется искать их где попало? Не похоже на эффективный подход к делам.

— Нет, у них есть конторы. Где-то. Боюсь, детали мне неизвестны. Я узнал об этом экипаже, потому что он прибыл, проломив стену магазинчика моего кузена. — Указав на руины неподалеку, жрец улыбнулся как человек, забывший, что такое искренняя улыбка. И дернул плечами: — Все эти причуды судьбы. Благословение, интуиция и так далее. Если не удастся договориться, Маппо Коротыш, тебе предстоит длинный и утомительный путь. Так что постарайся. — Он поклонился, отвернулся и ушел.

Маппо поглядел на таверну. И вспомнил, где именно видел подобную карету.

В Треморлоре.

Дольщица Финт встала и потянулась, явственно ощутив все болезненные узлы в спине. И тут дверь открылась. Внутрь, поднырнув под притолокой, протиснулась чудовищно громоздкая фигура: с плеча свешивается бесформенный мешок, на поясе зловещего вида нож. Чертов Трелль.

— Гланно, — сказала она. — Лучше вытащить Квела.

Последний оставшийся в живых возчик их экипажа поморщился и похромал к клозету.

Она следила за варваром, перешагнувшим через пьяницу и направившимся к бару. Крыса подняла голову и поспешно удалилась по стойке. Трелль потряс голову Язвы Младшего. Бармен кашлянул, медленно выпрямился, утер рот, близоруко заморгал. А потом поднял глаза, окинул взором нависающую фигуру гостя…

Заблеял и отступил на шаг.

— Не обращай внимания, — крикнула Финт. — Тебе нужны мы. Сюда.

— Что мне нужно, — ответил Трелль на сносном дару, — так это завтрак.

Мотая головой, Язва помчался на кухню, где его встретила визгливая женщина. Оглушительная тирада затихла, едва захлопнулась дверь.

Финт притащила скамейку от ближайшей стены, ибо никакой стул не выдержал бы варвара, и показала рукой: — Иди сюда, садись. Но знай: мы избегаем Семиградья. Там недавно воцарилась ужасная чума. Хотя трудно сказать, как все обернулось.

— Нет, — сказал, подходя, Трелль. — Я не намерен возвращаться в Семь Городов или Немил.

Скамейка затрещала под его весом.

Полнейшая Терпимость смотрела на гостя до странности жадным взглядом. Рекканто Илк просто смотрел, раззявив рот; пряди шевелюры двигались, так сильно он двигал мышцами скальпа.