— Ты будешь ждать меня?

Гейл ответила уклончиво, не захотев расстраивать его. Она поняла, что он разочарован и оттого заметно поскучнел.

— Ну, пора, пошли. День пролетит незаметно.

Имение «Башни ван Элдинов» начиналось в конце длинного шоссе, пролегавшего среди безупречно подстриженных деревьев и кустов. Во всем чувствовался дух эпохи короля Эдуарда. Около дома было много цветников с заботливо рассаженными растениями разных сортов.

Тэдди подвел Гейл к очаровательному крыльцу, и веселое настроение опять вернулось к нему. Он объяснил, что родовое имение принадлежало многим поколениям его предков, сад же разбил какой-то королевский садовник.

Гейл, разглядывая заросли плюща на каменном фасаде, была очарована тихой прелестью этой картины. Интерьер дома был изумительно гармоничен: кремовые занавески и ламбрекены в высоких окнах, соответствующая той эпохе старинная мебель.

Гейл наслаждалась исследованием комнат, ей нравилось задерживаться в некоторых из них, где она рассматривала фарфоровые статуэтки и картины. Пройдя в комнату, в которой висела коллекция оружия, она единственный раз решила не задерживаться. Мало того, что она ненавидела оружие, там слишком многое напоминало об отсутствующем Лансе. Кругом были выставлены кубки, выигранные им в различных видах спорта, и несколько замечательных фотографий, где он был запечатлен за игрой в поло.

После экскурсии по дому они пили чай в саду, во дворике в стиле патио: с причудливыми металлическими колонками, обилием цветов и старинной садовой мебелью.

Когда они уже возвращались обратно, большой автомобиль пропустил их на узком шоссе, и Ланс небрежно помахал рукой, демонстрируя безупречную белизну манжет.

Гейл торопливо отвела глаза, мельком заметив, кто сидел за рулем.

— Это мать с Лансом, — сказал Тэдди. — Хочешь вернуться, я вас познакомлю?

— Нет, благодарю, — ответила она быстро. — Я не думаю, что она будет рада.

— Почему нет? Мать любит гостей.

— Но не меня. Я ведь девушка, которая подбивает тебя играть в казино.

Тэдди рассмеялся:

— Ну и что? Достаточно одного взгляда на тебя, и мать будет так же очарована, как и я. — Он притормозил, чтобы посмотреть на нее. У Гейл было безмятежное лицо с гладкой шелковистой кожей золотистого оттенка. — Ты знаешь, я очень тебя люблю, я люблю в тебе все — твою живость, женственность, нежный голос, искрящиеся от смеха синие глаза и, прежде всего, твое отношение к людям.

Гейл была тронута до глубины души. Ну когда мужчина выражал свое восхищение столь очаровательным способом? Но он затронул опасную тему, и она сделала попытку остановить его.

— Твой сводный брат Ланс вряд ли согласился бы с тобой. Ты знаешь, что папа и я провели уик-энд на яхте сэра Бонара Алсагера.

— Да. Мы тоже были приглашены, но у нас уже была договоренность с друзьями, поэтому и отказались.

«Из-за того, что я поехала», — раздраженно подумала Гейл, но ничего не сказала.

Они расстались у ее двери. Он так смотрел на девушку, как будто надолго старался запечатлеть ее образ.

— Я уеду раньше, чем ты проснешься завтра утром, — сказал он, пытаясь улыбнуться. — Береги себя и не забывай обо мне. Я буду писать.

Когда он уехал, Гейл зашла в дом растерянная. Ее губы долго хранили его прощальный поцелуй.

Дженни сообщила, что во время ее отсутствия дважды звонила мисс Дороти Фрейн. Гейл поблагодарила ее и посмотрела на часы, с удивлением обнаружив, что уже семь вечера. Она и не заметила, как пролетел целый день и что сейчас так поздно.

— Папа дома, Дженни? — спросила она.

— Он находится в обеденном зале, мисс.

Гейл поспешила в свою комнату, быстро умылась и переоделась. Через десять минут она легким шагом спустилась вниз, чтобы присоединиться к отцу. Как и думала Гейл, он наливал уже второй бокал бренди. Когда она вошла, он быстро взглянул на нее.

— Пьянствуешь в одиночестве! — поддразнила она и поцеловала его в щеку.

— Должен же я что-то делать, пока тебя нет, — сказал он, нежно улыбаясь ей. — Хорошо провела день?

— Прекрасно. — Она села у его ног в своей любимой позе рядом со стулом и стала рассказывать о поездке с Тэдди. Она остановилась на середине рассказа, когда зазвонил телефон.

— Жаль, что тебя не было дома, — сказала Дороти. — Как тебе известно, мы уезжаем завтра рано утром, и я звоню, чтобы попрощаться. — Ее голос дрогнул, но она продолжала: — Невесело, правда? Вначале, когда папа предложил переехать в Штаты, я ужасно сильно хотела этого. Теперь же, когда пришло время покидать наш дом, я не хочу уезжать. — Последовала другая пауза, в течение которой, Гейл была уверена, Дороти вытирает глаза. — Я буду скучать без тебя, Гейл. И без нашей компании…