Прогуливаясь по залу перед подачей послеобеденного кофе, Гейл неожиданно столкнулась с Лансом.

— Надеюсь, вам нравится путешествие, — проговорил он. — Здесь есть молодежь, с которой вы можете поболтать. Нет никакой необходимости опекать отца. У него есть Бинз, и на борту яхты нет одиноких вдов.

Гейл сжала пальцы в кулак — он дразнил ее!

— Хм, вы тоже можете расслабиться, разве нет? — ответила она. Ее улыбка была не менее зла, чем его слова.

— Да, но есть некоторая опасность, которую нельзя игнорировать. Как вы думаете?

Она проследила за его пристальным взглядом через зал к тому месту, где четверо симпатичных подростков пили кофе.

— Ну уж избавьте! — вырвалось у Гейл.

«Лучше бы промолчала, — корила себя девушка. — Молчание — самое эффективное оружие против человека, умеющего выходить сухим из воды».

Едва Ланс усадил ее, как Нетта подала им кофе. Затем они присоединились к сэру Бонару и еще нескольким гостям, и Гейл удалось расслабиться и даже поучаствовать в последовавшей приятной беседе. Позже она вышла на палубу подышать свежим ночным воздухом и, почувствовав себя приятно утомленной, перед сном заглянула к отцу.

Первое предвестие того, что Норвегия приближается, появилось следующим утром, когда ветерок принес запах сосновых лесов и волнующе чистого воздуха гор. На завтрак можно было на выбор заказать либо скандинавские блюда, состоящие из холодных закусок с мясом, овощами, рыбой, фруктового салата и сыра, либо обычные кушанья английской кухни.

Гейл выбрала скандинавский завтрак, и он ей очень понравился. Ее отец присоединился к ней во время завтрака. Он выглядел намного здоровее. Ланс, проходя мимо их стола, остановился, чтобы поинтересоваться самочувствием отца. Ему очень шли просторный бежевый свитер с широким воротником и обтягивающие белые брюки. Темные волосы падали на лоб. Она взглянула ему в лицо и встретила внимательный взгляд его темных глаз, сверкнувших из-под густых бровей. Ланс держался с ленивым изяществом.

— Рад, что вы так хорошо выглядите, Морис. Но, думаю, вы вряд ли захотите сходить на берег?

— Вы правы, я не собираюсь сходить на берег. Но Гейл может идти. Что ты думаешь по этому поводу, моя дорогая? Ты слишком много времени проводишь со стариком.

— Ты не старик, — запротестовала Гейл. — Я уже видела Ставангер много раз.

— Я тоже хорошо знаком с этим городишком. — Огонек насмешки зажегся в темных глазах Ланса. — И я все-таки думаю еще раз посетить его.

— Надеюсь, вы получите удовольствие, — сказала она равнодушно.

— Не сомневаюсь, — был быстрый ответ. — Разве найдется кто-нибудь, кому не понравится посещение города в компании с двумя такими очаровательными норвежскими девушками, как Фреда и Нетта? Это, кстати, родной город Фреды, и ее семейство подготовило радушный прием. Уверены, что не хотите присоединиться?

— Иди, дорогая, — мягко настаивал отец. — Мне неприятно думать, что я порчу тебе такое хорошее развлечение.

— Ты не портишь. — Она пристально посмотрела на отца.

Морис Пемблтон перевел взгляд на Ланса и криво улыбнулся:

— Это бесполезно, Ланс. Когда у моей девочки такой взгляд, ее невозможно переубедить.

— Охотно верю, — сказал он, растягивая слова. — Слишком вы ее балуете. Хотелось бы мне получить вашу дочь на перевоспитание, Морис. Месяца хватило бы, ручаюсь, и результат мог бы удивить вас.

Морис Пемблтон засмеялся. Но Гейл молчала. От его неприкрытого нахальства у нее раскраснелись щеки, глаза заблестели от обиды. Кровь застыла в ее жилах, когда она осознала брошенный ей вызов. Отец отнесся к его словам как к шутке, он и понятия не имел, что Ланс говорил все всерьез.

Хорошо, он ей не друг и никогда им не будет. Она ответила быстро, с чувством триумфа:

— Как удачно для меня. Однако, — продолжала, она преисполнившись отваги, — если вам скучно, две норвежские девушки — это как раз то, в чем вы нуждаетесь.

— Вы правы, с ними не соскучишься. Разве не так?

Гейл почувствовала себя оскорбленной его едкими словами. Она испытывала бурю эмоций, негодование и странная, необъяснимая боль душили ее. Немедленно ее женская сущность собрала последние силы на то, чтобы скрыть эту боль.

— Откуда мне знать? — ответила она с кажущимся легкомыслием. — Я же не опытный светский лев.

Морис Пемблтон хихикнул. Ланс, поставленный в затруднительное положение ее последним замечанием, повернулся к подошедшему сэру Бонару.

— Кто еще с нами? — спросил он добродушно. — Мы уже отправляемся.

Морской путь от Ставангера до Бергена пролегал между островами изумительной красоты. Крошечные жилые постройки гнездились высоко в скалах, поросших соснами, и были похожими на яйца в зеленых мшистых гнездах. Снег сверкал глыбами сахара на пиках гор. Когда путешественники проплывали мимо, рыбаки приветственно махали их шлюпке. Но кульминационным моментом поездки было их прибытие в гавань; как только они приблизились к Бергену, море мерцающих звезд, похожих на драгоценные камни, вспыхнуло в фиолетовом северном небе.