Мое тело почти достигло глыб, я посмотрела на нависший над нами дух. Он рисовался, меняя формы. Я с раздражением наблюдала, как он оборачивается моей матерью, кузеном Верджилом, Патнемом… и маленьким мальчиком. Приблизительно семи лет с лицом Линка. Кожа светлее, но это точно лицо Линкольна Эймса.

Ребенок посмотрел на меня большими умоляющими глазами.

– Помоги, – беззвучно прошептал он. – Помоги мне.

Он протянул ко мне руки, и я тут же почувствовала силу. Когда чуть раньше я пожала ладонь Нарциссы, то ощутила крошечный электрический разряд. Я тогда справедливо предположила, что могу использовать пышку для поддержания связи с рабынями.

Но сила Нарциссы ничто по сравнению со способностями этого мальчика. В кончиках пальцев этого дивного ребенка чувствовалась особая мощь. Он мог… Я почти увидела нечто грандиозное, но картина исчезла. Мое тело уже находилось в шаге от Адама и Бо.

«Времени, – мысленно кричала я. – Дайте мне больше времени, чтобы разобраться».

Я оглянулась на призрака, и тот превратился в человека из древних времен, библейских времен. Он шел среди больных и увечных и говорил мне что-то, но я не могла понять его речь.

В следующую секунду мое тело достигло замороженных Адама и Боадицеи. Я видела, что начала открывать коробку, но как только собралась заглянуть внутрь, сон закончился. Я проснулась ужасно измотанной и с раскалывающейся головой. Хотелось завалиться в постель на целый день, есть сладости и смотреть старые фильмы по телевизору. Хотелось, чтобы муж был рядом и поддразнивал меня за лень. Хотелось, чтобы девочки забрались ко мне в кровать и перепачкали простыни шоколадом. Хотелось выглянуть в окно и увидеть отца и невестку, как они держатся за руки и смотрят друг другу глаза, думая, что остались одни в этом мире, и никто их не потревожит.

На мгновение я закрыла руками лицо, глубоко вздохнула и постаралась сдержать слезы.

Хотя я притворялась безразличной к красоте Линка, к его гладкой кофейной коже и движению мускулов под рубашкой, я не осталась полностью равнодушной.

Вчера вечером за ужином женщины по-всякому пытались привлечь его внимание. Прихорашивались и рисовались, выспрашивали и говорили колкости, а Линк флиртовал со всеми без удержу. Вся его актерская игра в гея свелась лишь к тому, что время от времени он называл поклонниц «дорогушами». При таком бездарном шаблонном воплощении Эймса попросту завернули бы с кастинга на эту роль.

Ворочаясь с боку на бок, я заметила, как из-под двери выполз листок бумаги. «Наверное, уведомление о выселении», – подумала я, с неохотой вставая с кровати. Самочувствие кошмарное. Комбинация вся в грязи и порвана там, где зацепилась за гвоздь. Чулки – одна гигантская дырка, а все тело липкое от засохшего пота. На левой руке глубокий порез: я поранилась о металлическую раму, когда Линк выдергивал меня из подвала.

Идя через комнату, я чувствовала, что за мной следят, видимо, наблюдатель приступил к работе. Прикроватные часы высвечивали половину десятого.

Это был график, мой личный расписанный поминутно список дел, где и когда я должна находиться и чем заниматься. Я уже пропустила завтрак и утреннюю зарядку. Попытавшись нагнуться и оценив протестующую реакцию перетруженных мышцы спины, я поняла, что пока обойдусь без упражнений.

Далее значилась получасовая медитация; вот на нее мне захотелось пойти. Возможно, воспользовавшись этим временем, чтобы сосредоточиться и поразмыслить, я пойму, что здесь творится. Встав под душ, я невольно полюбопытствовала, дали ли Линку график и, если да, то что в нем прописано? Принести ведра с углем? Вычистить кухонный пол?

Я все еще была напряжена, надевая розовый тренировочный костюм, обнаруженный в шкафу, но расслабилась к тому времени, как покинула комнату и отправилась на поиски солнечной террасы, предназначенной для тренировок.

Жаль, что не получится проглотить несколько кофеиновых пилюль для бодрости. Нужно, чтобы все чувства были обострены, ведь хочется опросить каждую женщину и определить, что она знает о происходящем в этом доме. Конечно же, гостьи понимают, что сеансы не более реальны, чем мультики о Скуби-Ду. Или нет?

Зевая, я заняла свое место на циновке, скрестила ноги и приступила к медитации.

Мне снилось, что я лежу в постели со всеми четырьмя рабынями: их гибкие тела елозят поверх моего, руки ласкают мою кожу, губы целуют ноги и шею. Одна жадно втянула в рот мой член, другая водит грудями по лицу.

Я проснулся в холодном поту, неудовлетворенный и сходящий с ума от вожделения. Хуже всего, что я толком не знал, хочу ли вызвать экзорциста или принять пару таблеток снотворного и вернуться обратно в оргию.