Шрифт:
Миссис Бэйнс. Барбара, если вы не идете молиться с нами, обещайте мне, что помолитесь за нас.
Барбара. Я не могу молиться теперь. Может быть, я никогда больше не буду молиться.
Миссис Бэйнс. Барбара!
Дженни. Майор!
Барбара (едва владея собой). Не могу больше. Скорей уходите!
Казенс (обращаясъ к процессии, выстроившейся за воротами). Пошли! Музыка, начинаю! (Дает тон.)
Оркестр начинает марш, скоро замирающий в отдалении, так как процессия двигается быстро.
Миссис Бэйнс. Мне нужно идти, милочка. Вы переутомились, а завтра опять все будет хорошо. Вы не оставите нас. Ну, Дженни, идем под нашим старым флагом. Кровь и огонь! (Маршируя, выходят за ворота с флагом.)
Дженни. Аллилуйя, аллилуйя, слава тебе боже! (Марширует, размахивая тамбурином.)
Андершафт (Казенсу, маршируя мимо него и пристраивая тромбон поудобнее). Мои дукаты и моя дочь!
Казенс (следуя за ним). Деньги и порох!
Барбара. Пьянство и убийство! Боже мой, зачем ты покинул меня? (Опускается на скамью, закрыв лицо руками.)Марш замирает в отдалении. Билл Уокер крадучись подходит к Барбаре.
Билл (язвительно). Почем нынче спасение души?
Шерли. Лежачего не бьют.
Билл. А она меня и лежачего била. Почему же не дать ей сдачи?
Барбара (поднимает голову). Я не брала ваших денег, Билл. (Подходит к воротам и становится спиной к Шерли и Биллу, пряча от них лицо.)
Билл (насмешливо, вслед ей). Ну да, там для вас было маловато. (Оборачивается к барабану и замечает, что золотого нет.)Ого! Если вы не взяли, так кто-то другой взял. Куда же он девался? Провалиться мне, эта Дженни Хилл его все-таки взяла!
Ромми (кричит ему с чердака). Врешь ты, мерзавец! Это Снобби Прайс стащил золотой с барабана, когда брал свою шапку. Я здесь стою все время, я видела, как он стащил деньги!
Билл. Как? Стащил мои деньги? Чего же ты не кричала караул, старая разиня?
Ромми. Так тебе и надо, не дерись! Нагрели тебя на целый золотой, будешь знать! (Испускает злорадный торжествующий клич.)Ага, попало! Поквитались мы с тобой! Будешь помнить в другой раз!
Билл выхватывает у Шерли кружку и швыряет ее в Ромми, она вовремя захлопывает чердачную дверь. Кружка разбивается о дверь, сыплются осколки.
Билл (посмеивается). Скажи-ка, старик, в каком часу этот самый Снобби Прайс спас свою душу?
Барбара (обращается к нему уже спокойнее, с невозмутимой кротостью). В половине первого, Билл. А ваш золотой он украл без четверти два. Я знаю. Ну что же, не терять же вам ваши деньги. Я пришлю их вам.
Билл (голос его звучит мягче). Ну нет! Хоть бы мне с голоду пришлось подыхать, меня купить нельзя.
Шерли. Будто бы нельзя? Да ты продашь себя черту за бутылку пива; только вот черта нет, купить некому.
Билл (не смущаясь). С удовольствием продал бы, приятель, да и не раз продавал. А вот ей меня не купить. (Подходит к Барбаре.)Вам душа моя понадобилась? А вот вы ее и не получили.
Барбара. Чуть было не получила. Но продала вам обратно за десять тысяч фунтов.
Шерли. И то дорого дали!
Барбара. Нет, Питер, она дороже стоит.
Билл (чувствуя себя застрахованным от спасения души). Нечего тут, теперь вам меня не обойти. Не верю я в это, а сегодня и сам увидел, что моя правда. (Уходит.)Прощай, старый блюдолиз! Будьте здоровы, майор, графская внучка! (В воротах оборачивается.)Почем нынче спасение души? Снобби Прайс! Ха-ха!