— Большую радость, князь.

— Неужели Софья?

— Приехала, ваше сиятельство!

— Господи, благодарю Тебя! Где же она? Где моя дочь?

— Я здесь, здесь, папа!

Софья вбежала в кабинет отца.

— Соня, дочь моя! — Старый князь зарыдал, как ребёнок, обнимая княжну.

— Папа, дорогой папа…

— Скорее к матери, порадуем её.

— Мне сказали, мама больна, я боялась её беспокоить…

— Пойдём к ней, твой приезд исцелит её.

Лидия Михайловна во всё отсутствие дочери не вставала с постели; она сильно страдала. Увидя свою дочь, которую, по мнительности своего характера, не считала в живых, княгиня обмерла от радости, крепко сжимая в своих объятиях молодую девушку.

В этот счастливый день царила радость не в одном княжеском доме; ликовало всё село Каменки. Все крепостные любили добрую и приветливую Софью.

Расстояние от хибарки Сычихи до Каменков княжна проехала без особых приключений. Сычиха хорошо знала дорогу и скоро доставила Софью в княжескую усадьбу. Когда первый порыв радости прошёл, княжна рассказала, как она спаслась, благодаря Сычихе, из заключения.

— О, если бы мне отыскать этого мерзавца, дорого бы поплатился он! — проговорил князь. — Какая неблагодарность, какая неблагодарность!

— А ты хотел, мой друг, благодарности от подкидыша! — проговорила княгиня.

— Где же та женщина, которая помогла тебе уйти? — спросил князь.

— Она, папа, в людской.

— Пусть, пусть войдёт сюда, мы должны её поблагодарить, она возвратила нам дочь! — сказала княгиня.

Сычиху щедро наградили и отвели ей на время в усадьбе небольшой чистенький домик; старуха боялась возвратиться в свою лесную избёнку: она не знала, что от её избёнки остались одни головни.

Скоро вернулся с поисков и Леонид Николаевич, напрасно объехав несколько десятков вёрст. Какова же была его радость, когда он услыхал, что невеста его возвратилась! Счастью молодого человека не было конца; он обнимал и целовал всех, а на долю Сычихи выпала со стороны Прозорова щедрая награда.

— За что жаловать изволишь, сударь? — кланяясь ему, говорила старуха.

— Как за что, старая? Пойми, ты ведь невесту возвратила мне. Да за это тебя всю золотом осыпать надо!

— И, сударь, я и так получила вдоволь, на мою жизнь хватит. Немного мне надо — вот погощу у вас, благодетелей, недельку-другую, а там и в путь.

— Куда же ты пойдёшь? — спросила у Сычихи княгиня.

— По святым монастырям и обителям пойду. Грехи свои большие замаливать стану. Много, много нагрешила я на своём веку. Пора, господа милостивые, подумать и о покаянии. Не знаешь свой смертный час, а не покаявшись — страшно умирать!.. — проговорила задумчиво старуха и поникла своею седою головой.

Назначенную после Пасхи свадьбу Прозорова и Софьи отложили по причине болезни Лидии Михайловны и потому ещё, что ждали приезда с войны молодого князя; упорно держался слух, что скоро последует мир с Наполеоном. Леониду Николаевичу не больно нравилось затягивать свадьбу, но он принуждён был покориться и ждать.

Прогостив недели две в Каменках, Прозоров стал собираться в Москву.

— Куда вы спешите, дорогой Леонид Николаевич? Погостите! — упрашивал князь своего наречённого зятя.

— Нельзя, князь, — служба.

— Ну, побудьте ещё неделю: ведь в Москве теперь душно, пыльно. Да и Софья скучать будет без вас.

— Я недели через две-три опять приеду.

— Приезжайте, ждать будем.

— Князь, я хотел поговорить с вами относительно Цыганова: ведь этого подлеца нельзя оставить безнаказанным! — проговорил Леонид Николаевич.

— Я с вами вполне согласен, негодяя надо наказать. Предать в руки правосудия… Николай хитёр, его не скоро разыщешь.

— На то есть сыщики. По дороге я заеду к губернатору Сухову и попрошу его принять меры к розыску.

— А я попросил бы вас этого не делать, Леонид Николаевич, — проговорил князь.

— Почему? — удивился молодой человек.

— Губернатору вы, пожалуй, можете сказать — он мой хороший приятель — но до суда дело доводить не следует. Пойдут переговоры, пересуды… В этом деле фигурирует Софья.

— Ах да, вы, князь, совершенно правы. Таких подлецов, как Цыганов, не судят — их только бьют.

Софья нежно простилась со своим женихом и взяла с него слово, что он скоро опять приедет в Каменки.

С добрыми пожеланиями счастливого пути Леонид Николаевич выехал из княжеской усадьбы; князь Владимир Иванович и Софья далеко за Каменки провожали его.

Наполеон предложил нашему государю свидание. Приглашение было принято; местом свидания двух императоров назначен Неман. На этой реке, немного ближе к левому берегу, приказал Наполеон построить на плоту два четырёхугольных павильона, обтянутые белым полотном, украшенные коврами и национальными флагами. Один павильон назначался для императоров, другой, поменьше, — для свиты. На фронтонах было зелёной краской нарисовано обращённое к нашей стороне огромное «А»; с другой, обращённой к Тильзиту, — «N». Не на земле, пропитанной кровью, должны были встретиться два могучих императора: вода должна была быть нейтральным местом их свидания. Свидание назначено было на тринадцатое июня.