Но в связи с использованием перевода Йосифона неминуемо возникла проблема ссылок на цитаты. Как уже было сказано, авторы синодального перевода Ветхого Завета несколько изменили порядок и оригинальные названия его книг. Основные сведения о жизни и деятельности Давида содержатся в четырех книгах «Танаха»: в «Первой книге Самуила» и «Второй книге Самуила» (две книги «Шмуэль»), в «Первой книге Царей» («Мелахим») и в первой из двух книг «Диврей ха-ямим», что буквально означает «Слова дней», а обычно переводится как «Деяния дней», «Летопись дней», «Книга Хроник», либо «Хроникон». В «Септуагинте» и, соответственно, в православном христианском каноне Ветхого Завета, «Книге Хроник», дано название «Паралипоменон» (по-гречески — «пропущенное», очевидно, переводчики «Септуагинты» рассматривали ее как дополнение к остальным библейским книгам). Название «Паралипоменон» принято и в «Вульгате». В большинстве переводов Библии на новые языки получило распространение и употребляется название «Хроникон». Им и решил воспользоваться автор в этой книге.

Ссылки на «Первую книгу Самуила» и «Вторую книгу Самуила» имеют авторское обозначение «I Сам.» и «И Сам.» — и далее, как принято, указаны пронумерованные главы и строки. Цитаты из «Первой книги Царей» отмечены как «I Цар.», а из первой книги «Хроникона» — «I Хрон.». При этом следует помнить, что выбранные сокращения не соответствуют сложившейся в русском языке традиции цитирования Библии, так как двум книгам Самуила в «Танахе» соответствуют Первая и Вторая книги Царств в Ветхом Завете в синодальном переводе, а «Первой книге Царей» — Третья книга Царств.

Наконец, последнюю проблему представляло цитирование псалмов Давида, большинство из которых были написаны в связи с конкретными событиями его жизни. Автор признается, что был соблазн использовать поэтические переводы этих псалмов, выполненные различными русскими или еврейскими поэтами. Однако в итоге он пришел к выводу, что ни один из этих переводов, увы, не отражает всей глубины и мощи оригинальных текстов. Отказался он — вновь из-за множества неточностей — и от цитирования Псалтыри в синодальном переводе, и от перевода «Псалмов» Д. Йосифона. В итоге все псалмы в книге приводятся в переводе Александра Каца [4] . Их текст близок к подстрочнику, достаточно точен, но, увы, в нем нередко утрачивается исходная поэтичность псалмов. Так как нумерация и разбивка «Псалмов» в оригинале и в синодальном переводе несколько отличаются друг от друга, то в книге приводится порядковый номер псалма в оригинале, а рядом, в квадратных скобках, — его номер в синодальном переводе Псалтыри.

Вот, пожалуй, и все о «технических» трудностях. Сейчас вам предстоит встреча с удивительной, прекрасной, горькой и все еще остающейся во многом загадочной судьбой царя Давида, прямым потомком которого, если верить еврейским и христианским источникам, будет мессия — спаситель и избавитель человечества. Что касается Корана, то его автор цитирует по переводу академика Игнатия Крачковского [5] .

Часть первая

АРФА И МЕЧ

История рождения великих царей Древнего мира обычно представляет собой красивую, хотя и не вызывающую особого доверия легенду. Чтобы убедиться в этом, достаточно пролистать страницы древних эпосов и сказаний, а также сочинения Геродота или Плутарха. Но если это верно по отношению к царям древних Месопотамии, Греции и Рима, то вроде бы должно быть тем более верно по отношению к Давиду — основателю династии, с которой иудаизм и христианство связывают не только прошлое, но и будущее человечества.

Вместе с тем история рождения будущего великого монарха, полководца и поэта в том виде, в каком она рассказывается в еврейских источниках, начисто лишена каких-либо фантастических подробностей. Что, впрочем, объяснимо — само монотеистическое мировоззрение, на котором базируется иудаизм, не оставляет места для возникновения столь распространенного у народов древности мифа о зачатии будущего царя от какого-либо бога или другого высшего существа. Однако отсутствие такого мифа отнюдь не означает, что в истории появления на свет Давида нет никаких загадок. Напротив — загадок и тайн здесь более чем достаточно.

Начнем с того, что многие библеисты и историки обращают внимание на то, что авторы «Первой книги Самуила», вопреки сложившейся в древнееврейской литературе традиции, словно намеренно уходят от изложения подробной родословной Давида.

В отношении царя Саула (в оригинальном произношении — Шауля) эта традиция соблюдена: «И был некто из вениамитян, имя его Киш, сын Авиела, сына Церора, сына Бехорота, сына Афиаха, сына одного Вениаминянина, муж доблестный. А у него был сын, имя его Шаул, молодой и красивый…» (I Сам. 9:1–2). Здесь, как видим, вся родословная Саула перед нами как на ладони — от его отца, Киша, и до основоположника колена, сына праотца Иакова, Вениамина.

Однако когда заходит речь о Давиде, правила игры почему-то меняются. С одной стороны, вот как Бог дает пророку Самуилу (Шмуэлю) указание помазать Давида на царство после того, как Он решил, что Саул и его потомки не подходят для этой роли:

«И сказал Господь Шмуэлю: доколе будешь ты скорбеть о Шауле? Я же признал его недостойным царствовать над Израилем. Наполни рог твой елеем и ступай — пошлю Я тебя к Ишаю Бейт-Лехемскому, ибо между сыновьями его усмотрел Я Себе царя…» (I Сам. 16:1).