Леша с ужасом смотрел на отвисшие челюсти скелетов. Он осмотрел стены. В углу висело огромное осиное гнездо. Насколько он мог судить, оно было нежилым. Страхов снова осмотрел скелеты в оборванной одежде. Останки женщины и двух детей лежали в дальнем углу бетонной комнаты. Женщина лежала на полу, а дети сверху. Они действительно появились из-под земли. Они и были под землей. Последний пазл встал легко, без какого-либо треска, будто Леша уже держал его в руках и не ставил только потому, что пытался понять картинку без этого решающего кусочка. Понял. Но Алексею было наплевать на тварь, замуровавшую свою семью, да и саму семью ему было не жалко. Его больше беспокоило, что теперь эти обозленные призраки захватили его дом, его детей, жену.

«Убей ИХ!»

А теперь ОНИ замышляют убить его.

«Убей ИХ!»

Леша улыбнулся. Его осунувшееся лицо в свете фонарика было похоже на оскалившийся череп одного из обитателей подземелья. Он вышел из комнаты, выключил фонарик, взял кувалду и пошел наверх.

Жанна перевернулась на спину, и тут же Стасик и Алена навалились на ее руки. Это не ее дети. Ее будто уже не пугала эта гребаная действительность. Жанна боялась посмотреть в сторону двери. Ее пугало существо, сидевшее под столом. Она зажмурилась и замотала головой, когда почувствовала, как по ней кто-то лезет. Тварь была человекообразной. Жанна чувствовала, как ей на живот давили ладони, а затем в пах – чье-то колено. Страхова вскрикнула от боли и открыла глаза. Перед ней было лицо истлевшего трупа.

«Это женщина», – подумала Жанна.

Шиньон, которые носили в шестидесятых, сбился набок и чудом удерживался на остатках волос твари. Женщина наклонилась еще ближе. Жанна отвернула лицо и сморщилась от отвращения. Покойница взяла ее двумя руками за голову и развернула к себе.

– Смотри, – прошептала тварь. – Смотри.

Жанна почувствовала, как тело на ней становится каким-то желеобразным. И еще оно оседало, будто кусок масла на горячей сковороде. С твари начала сливаться черная жижа. Проникать под халат, под кожу. Страхова чувствовала, что в нее пробирается вонючая слизь, но ничего с этим поделать не могла. Тварь, казалось, растаяла вся, и только улыбающийся череп со сбившимся набок шиньоном все еще висел в воздухе над ее лицом.

Вдруг Жанна нашла один-единственный правильный выход. Она закричала. Шиньон качнулся и упал ей в рот, заткнув его, словно кляп.

Андрей проснулся от какого-то странного звука. Будто раскололось что-то. Точно, звук был похож на те, которые он слышал, когда их отправили к генералу на дачу. Они ломали перегородку в доме. Это был звук лопающихся кирпичей.

Андрей осмотрелся. Он лежал в кровати с Ксюшей. Слава богу, ни Людка, ни кролик не участвовали в этом. Андрей встал с кровати. Он не мог сообразить, сколько сейчас времени. Темнеет рано, так что сейчас могло быть как семь вечера, так и семь утра. Дом Ксюши находился где-то на окраине Новомосковска, в полной изоляции от шума цивилизации, так что тут искать подсказки тоже не стоило. Тишина убивала. Оставался один вариант. Единственный и поэтому самый верный. Часы мобильника. Он потянулся за брюками, висевшими на стуле у кровати. Ксюша пошевелилась, причмокнула, как маленький ребенок, и снова уснула.

Андрей достал телефон и посмотрел на экран. Было 21:47. Он сел на кровать. Если честно, он не хотел возвращаться в тот дом. Он боялся его. Чтобы там ни происходило, все это ни к чему хорошему не приведет. Но там осталась его семья. Отец, которого, несмотря на дефицит внимания, Андрей все-таки любил. Стасик и Аленка. От них он был вообще без ума. С пяти лет он задавал бабушке один и тот же вопрос: когда она ему купит братика или сестренку. И вот когда ему стукнуло двенадцать, отец с Жанной «покупают» Стасика. Андрюша тогда даже собирался переехать к ним, но бабушка его отговорила. Жанна. Женщина, которая заменяла ему маму в те дни, когда он гостил у них. Нет, он не может их оставить там.

Он встал. Взял джинсы со стула и начал надевать.

– Ты куда?

Ксюша поднялась повыше. Одеяло сползло, обнажив красивую грудь.

– Мне надо домой.

– Ты же сказал, что останешься у меня.

– Кое-что изменилось.

Андрей влез в толстовку.

– Послушай. Если у тебя есть жена… – Она сделала паузу, – …и дети, скажи мне.

– Как они у меня появятся, я дам тебе знать, – попытался пошутить Андрей. Взял носки, сел на стул и начал надевать. Потом, сообразив, что шутка не удалась, произнес:

– Ксюш, у меня никого нет.

– Честно? – как-то по-детски спросила девушка.

– Честно, честно, – улыбнулся Андрей, сел рядом с ней и обнял.

– Чтобы создавать что-то новое там, где находится все еще существующее, нужно для начала уничтожить это существующее.

Андрей отстранился от девушки. Он даже был готов увидеть хихикающую Людку – щель до ушей – или философствующую голову кролика. Но на него смотрела все та же девочка с большими глазами.

– Просто, если у тебя есть женщина, тебе стоит с ней покончить, если ты, конечно, хочешь быть со мной.

Последние слова Ксюши показались какими-то зловещими, будто она предлагала убить кого-нибудь для того, чтобы спать с ней. Но когда Андрей вышел из подъезда, он подумал о других ее словах. Несмотря на свой юный возраст, девушка подсказала ему, как быть дальше.

Алексей поднялся на второй этаж, когда крик жены оборвался. Он взял кувалду в обе руки и подошел к спальне. Толкнул дверь. Она медленно отворилась, обнажив черную комнату. Он включил фонарик на голове. Луч выхватил двуспальную кровать. Постель была накрыта голубым покрывалом.