– Ты чего? – возмутился Алексей.

Из-за выпитого его движения были заторможены. Он даже не понял, что жена ему чуть-чуть не выколола глаз.

– Где она?! – заверещала Жанна и, оттолкнув мужа, ворвалась в комнату. – Где эта блядь?

– Жанночка, что случилось? – Алексей пытался оправдаться. И это заметила Жанна.

«Раз он оправдывается, значит…»

Вдруг Жанна обратила внимание на ширинку мужа. У него стоял. У него стоял его гребаный хер! И он будет говорить, что ничего не понимает?! Жанна замахнулась, но тут же опустила руку.

«Какого черта?!»

К черту голую девку! Жанна подошла к мужу и схватила за член. Он вскрикнул, но потом улыбнулся и обнял жену. Они будто обезумели, начали рвать друг на друге одежду. Леша с силой схватил Жанну за грудь. Она застонала и потянула руку мужа к своим трусикам. Они тут же с треском остались в кулаке Страхова. Леша второй рукой еще сильнее сдавил уже покрасневшую грудь и поцеловал Жанну. В остервенении он облизывал ее, что в обычной ситуации Жанну выводило из себя. А сейчас она, постанывая и извиваясь, словно змея, не только сносила все эти слюни, но и сама выделяла столько жидкости, что ей позавидовали бы даже собаки Павлова или прораб. Несмотря на возбуждение, практически заблокировавшее сознание, она вспомнила мокрый подбородок и толстовку строителя. Он хотел ее. Может быть, завтра…

Леша завалил ее на голый пол, навалился и сразу же вошел в нее. Жанна застонала и открыла глаза. За спиной Леши стояла голая девка и плакала. Жанна улыбнулась и застонала еще громче. Когда она снова открыла глаза, девушки уже не было.

Хлопок. Леша подскочил и тут же скорчился от боли. Головой будто орехи всю ночь кололи. Она болела не только внутри, но и… Он попробовал пошевелиться и тут же вскрикнул. Все тело болело. Леша осмотрелся. Рядом лежала голая Жанна, он тоже был в чем мать родила.

«Что здесь произошло?»

Жанна лежала, повернувшись к рваному тряпью (Леша подозревал, что это их вещи), ее ягодицы были синими от кровоподтеков. Алексей услышал голоса и только тогда прозрел. На улице было светло, а все эти хлопки и разговоры были не чем иным, как началом рабочего дня строительной бригады. Леша встал и подбежал к окну. Рабочие разгружали инструмент.

– Что там, милый? – услышал Страхов голос жены.

– Жан, там это… – Он обернулся и ахнул. Груди супруги, словно две огромные лиловые сливы, колыхнулись в такт движениям.

«Неужели это все я с ней сотворил? Нет! Это она сама, а ты просто наблюдал и дрочил! Ведь именно поэтому у тебя хер, словно бесчувственное полено, болтается между ног!»

Леша непроизвольно потрогал член рукой и снова скривился от боли.

– В чем дело, дорогой? – Жанна кокетливо подняла бровки. – Хочешь повторения?

– Нет! – слишком резко ответил Алексей, но потом, уже мягче, добавил: – Не сейчас. Там строители.

– И чего? Ты хочешь, чтобы они присоединились к нам?

«Неужели у нее ничего не болит?» – подумал Леша, глядя на ее синие сиськи.

– Ты оглянись по сторонам. Мы голые и не в собственной постели московской квартиры.

– Ну и что, – томно проговорила она.

– Одевайся, мать твою!

Страхов подбежал к тряпью в углу и начал надевать джинсы. Подал Жанне спортивные брюки и рваную футболку. Они оделись по-армейски быстро. Леша осмотрел Жанну. В дырку на футболке торчала лиловая грудь. Он застегнул олимпийку под горло. Жанна вскрикнула и ударила его. На нем был свитер, растянутый по известным причинам, и джинсы. Слава богу, у Жанны хватило сил только на то, чтобы сломать молнию на ширинке. Он опустил свитер и вышел из комнаты.

– О, хозяин? – прораб стоял с циркуляркой в руке. Шнур болтался, как уставший член Страхова еще пять минут назад.

– Ты что, с ней спишь, что ли? – попытался пошутить Леша.

Прораб посмотрел на пилу, потом на Страхова и мотнул головой.

– Нет. А зачем?

«Чтоб дети были, дебил. Маленькие циркулярные прорабчики».

Леша не сдержался и хохотнул. Жанна вышла из спальни, кивнула и спустилась вниз. Прораб проводил взглядом Жанну, потом вернул свои бестолковые гляделки на Алексея и глупо улыбнулся. Леша даже подумал, что он сейчас у него спросит что-то типа: а ты с ней спишь?

– А, понимаю. Тяжелая ночка? – строитель похлопал свободной рукой Страхова по плечу, поправил на своем соскочившую лямку комбинезона и пошел в спальню, откуда вышли извращенцы.

Да, именно извращенцы. Леша теперь только так о себе и думал. Что бы ночью ни произошло здесь, это ему не нравилось. Когда завизжала пила, Алексею показалось, что он слышит музыку. Совсем тихую, какая может литься только из шкатулок или музыкальных открыток. Но это могло быть и галлюцинацией. Разве может какая-то музыкальная шкатулка перекричать циркулярку?