— Ну дает! — кое-как успокоившись, выдохнул Лёха. — Почище цирка. Снимай, отец, шляпу — тугрики так и посыплются.

— Лучше б место уступили, молодежь, — сказала впередисидящая женщина.

— Слышь, старый, — толкнул «король» Лёху. — Уступи место.

— Садись, папаша, — предложил Лёха и тут же приподнялся.

Старичок нерешительно шагнул.

— Садись, садись, — подбодрил его «король».

Но когда старичок сделал было последнее движение, чтобы сесть, Лёха опередил его и плюхнулся на свое место.

— Папуля, я передумал.

Парни снова загоготали.

— Хамье, — проговорил старик, отвернувшись.

— Смотри, — сказал «король», — обижается.

— Шуток не понимает, — объяснил Лёха. — Стар стал.

Жора подскочил к парням, схватил Лёху за плечо.

— Ну-ка извинись перед дедом и выметайся. Живо.

— Отцепи грабли, — прошипел Лёха, тряхнув волосами.

— Ты, плебс, — лениво проговорил «король», взглянув на Жору, — закрой транзистор.

Драчуном Жора не был, и скандалов он не любил, но тут не стерпел — оторвал Лёху от сиденья и вытолкнул в проход. Лёха зацепился за чью-то сумку — по полу расплылась лужа сметаны. По сметане покатились помидоры.

Лёха подхватил один помидор и попытался запустить им в Копытина. Тот увернулся, и помидор разбился о стенку водительской кабины, окропив своими брызгами пассажиров.

«Король» набросился на Жору сзади, но Копытин ловким приемом перекинул его через себя, и «Луи-Филипп» распластался на полу в луже сметаны.

— Я свидетель. Это все они… они, — приговаривал старичок, показывая на длинноволосых.

Но голос его тонул в общем гвалте.

Водитель без остановок гнал «счастливый» троллейбус к ближайшему отделению милиции.

Вот уже четыре дня Жора крутился как заводной. Дела, дела, дела. То в завкоме, то в комитете комсомола, то на складе спортинвентаря…

Где он еще не был? Кажется, в гараже. «Нужно заскочить попрощаться, — решил Жора, — все же на два месяца исчезаю».

Едва Жора ступил на асфальт родного гаража, пропитанный бензином и отработанным маслом, как перед ним появился Васька Спиридонов. Вылез он из-под старого «газика», у которого вечно что-нибудь барахлило.

— Физкульт-привет! Везет же некоторым… — Васька схватил грязными лапищами отмытую за последние дни Жорину руку. — Тут ковыряешься в пыли да копоти, а другие, глядишь, на природу потянулись. Одно название чего стоит — «Ромашка»!

Улыбка оживляла мокрое чумазое лицо Васьки, но в глазах его — маленьких, в желтую крапинку — Жора прочитал искреннюю зависть.

— Эх, лагерь! Лагерь! Хрупкая мечта детства, — Васька взял тряпку, стал оттирать перепачканные руки. — Знаете ли вы, что такое пионерский лагерь?

Копытина вдруг обожгла мысль, от нее даже лицо запылало: знает ли он, что такое пионерский лагерь? До сих пор он не задумывался, некогда было, а все считали, лагерь — очень простое и известное дело. Никому и в голову не приходило, что Жора никогда не был в лагере. В детстве каждое лето его отправляли из Москвы к бабушке в деревню. Конечно, книжки он когда-то читал про развеселую жизнь в пионерских лагерях, но теперь ничего не помнил.

— Очнись, Николаич, — Васька толкнул его локтем. — Я смотрю, ты совсем замечтался. Небось уже на природе. Загораешь. Рыбку ловишь.

— В самую точку попал.

— Много наловил?

— Ладно, Василий, хватит дурить. Ты мне лучше скажи… — Жора уже хотел спросить Спиридонова, а что же такое на самом-то деле лагерь, но подумал: проку от Васьки не жди, и замолчал.

— Что сказать?

— Да нет. Я так.

— Чудной ты сегодня. Знаешь, мой дед говорил: «Зарядил пушку, так выпали». Чего тебе надобно, старче?

Нет, у этого типа выяснять не стоит, решил Жора. Раззвонит на весь завод.

— Ничего мне не надобно. Будь здоров. До встречи.

И Копытин решительно раздавил свою недокуренную сигарету.

Затем Жора обежал гараж, со всеми попрощался.

У проходной он вдохнул напоследок полной грудью запах бензина, тавота, нитрокраски и терпких духов диспетчера Зиночки. Выдохнул. Шагнул на улицу и пошел куда глаза глядят.

Добрался он до скамейки ближайшего бульвара. Присел, дабы сосредоточиться и обдумать ситуацию.

Итак, завтра он должен приступить к своим новым обязанностям. Ему доверили двести ребят, чтобы он сделал их сильными, ловкими, смелыми. Но как все это будет конкретно выглядеть? Как его встретят люди, которые уже там работают? Сможет ли он оправдать доверие?