Наконец замок на брюхе «паука» щелкнул, и робот вразвалку, но быстро засеменил по тропе в сторону реки. Даже не притормозив, он ушел под воду и вскоре уже вылез на противоположной стороне. Алекс напряженно наблюдал за роботом в щель своей палатки до самого последнего момента, пока «гонец» не скрылся за деревьями.

Начиная с этого момента Алекс ожидал появления Энки либо кого-то из аннунаков вроде Гугумаца. Пришелец мог явиться и прикончить его без разговоров, а мог и вступить в дискуссию. Зачем, мол, Алекс подменил строительный инструмент? Уж не задумал ли диверсию? Ну так ведь это глупо! Помнится, Тсума провел инструктаж, на котором подробно объяснил, что резак против «богов» не сработает, ибо программа запрещает ему убийство. Или, может, самозванный помощник замыслил круто возвыситься с помощью резака, порешив пару-тройку аборигенов?

Ответ у Алекса был один, и он давно его продумал. Банальная проверка системы безопасности, ничего лучшего ему в голову не пришло.

– Ты пойдешь на холм вслед за богами и девами, Алекос? – спросил Рунтан. – Великий Гугумац, кажется, подал тебе знак.

На мгновение в животе Алекса возникла неприятная пустота, но он не позволил себе испугаться и уставился вниз, на «божественный» кордон. Что с ним могут сделать порождения больного мозга? Эта спасительная идея, впрочем, в последнее время казалась Алексу все более шаткой, и проверять ее на практике… В общем, он бы предпочел не рисковать. Мало ли какие тайны существуют в мире? Завихрения пространства-времени, лакуны реальности и прочий фантастический бред.

Алекс махнул рукой в ответ на призывный жест Гугумаца и сказал:

– Тебе лучше остаться, дружок.

– Это уж само собой, – козырнул свежевыученной фразой Рунтан. – Я еще не готов отправиться на небо.

– Да и я тоже… – пробормотал под нос Алекс.

Он спустился к улице и прошел через плотный строй охраны, которая без вопросов пропустила его. Последняя девушка-аймара уже вступила на мост, и сразу за ней от берега удалялись Балам и Тунупа.

– Почему нас до сих пор не представили? – сильным и мелодичным голосом, на языке аннунаков спросила Коаау. Алекс будто наткнулся на мягкую стену, однако заставил себя сделать последний шаг, чтобы оказаться на приличествующем от «богини Луны» расстоянии.

В первую же секунду она показалась Алексу женщиной-лисой, волшебным образом принявшей облик гуманоида. И в дальнейшем к этому образу хитрой и расчетливой хищницы он мысленно прибавлял только самые крайние эпитеты – коварная, обольстительная, великолепная, жестокая и так далее. Возможно, ее суть действительно целиком состояла из таких характерных крайностей, об этом Алекс мог только догадываться. Но подобных экземпляров среди человеческих женщин ни раньше, ни теперь, среди аймара, ему не встречалось.

Коаау была ожившей этической и нравственной смертью любого самца в действии, двуногой машиной эмоционального порабощения. Алекса спасло только то, что формально он был представителем другого вида и отчетливо это сознавал.

– Рад чести быть представленным тебе, богиня Луны и родов, – преодолев смятение, сказал он.

– Ты на самом деле явился сюда из будущего? Все наши так говорят.

По силе воздействия ее взгляд ненамного уступал резаку. Только подумав об этом, Алекс мгновенно совладал с нервами и с улыбкой повернулся к Гугумацу. Тот изучал помощника богов так, слово уже посадил его на предметное стекло микроскопа.

– Этнограф тоже так полагает?

– Хорошо держишься, парень, – поднял брови Гугумац. – Помоги донести добычу… Тяжелая попалась статуя.

Только тут Алекс заметил, что рядом с ним на камнях стоит обычная сумка с двумя ручками. Причем не какая-нибудь серебристо-инопланетная, а самая обычная, из местного холста.

– Надеюсь, мы с тобой еще поговорим, – вкрадчиво заметила Коаау и повернулась к ним спиной.

Несмотря на некоторую полноту, двигалась она на редкость грациозно. Чистая лиса! Алекс сглотнул и взялся за одну из двух ручек сумки Гугумаца.

На пару с этнографом они последними вступили на мост, и народ в городе отметил это промежуточное событие взрывом восторга.

Музыканты остановились на другом берегу, в тени двух каменных колонн. Пропуская процессию мимо себя, они не переставая наигрывали на раковинах, так что Алекс уже мечтал о том, как бы поскорее очутиться от них подальше. Дорога привычно потянулась на холм, в поселок аннунаков. С того дня, как покинул их «лазарет», где изучал язык, Алекс там не бывал, да и не стремился к этому. И сейчас его голова была занята не предвкушением «высокого визита», а опасениями за свою жизнь.

И надо же было так подгадать с датой кражи резака, что Гугумац без труда отыскал повод затащить Алекса в лагерь! С другой стороны, тянуть с этим делом после предупреждения Кумари также было опасно.

С какой стороны ни посмотри, получалось не слишком хорошо. Но, может быть, еще не время паниковать? Алекс глянул на аннунака и не заметил на его физиономии какой-либо угрозы. Впрочем, этнограф может и не догадываться о предстоящей расправе с «помощником богов»…

«Плевать, – решил Алекс. – Им ли меня бояться? Порождения больного разума, тоже мне. И как я мог породить их более сильными, чем я сам? Странно все это».