Аранша поспешно приспустила с плеча платье, обнажила грудь.

–  Керумик, - предупредила ее Арлина, глядя, как возвращается от родника Подгорный Охотник. Аранша молча пересела спиной к мужчине и начала кормить своего юного повелителя.

Дракон выпростал голову из-под крыла.

–  Долго ты как!
– упрекнул он Керумика.

–  Там на меня тварь насела, - неохотно ответил тот.
– Первый раз такую вижу - большая, волосатая… силищи страшной…

–  А я и не слышал ничего!
– огорчился дракон.
– До чего крепко сплю, прямо беда… Ты ее убил? Если убил, то я слетаю, съем…

–  Подранил только… убежала…

Керумик сел, подобрал обломок песчаника, извлек из ножен меч и начал его точить.

–  Я тут на Воздушные Врата наткнулся, - сообщил Эрвар.
– Может, попробуем - через них?

–  Незачем рисковать, - возразил Керумик.
– С нами женщины…

Рядом басовито рявкнул малыш, упустивший материнский сосок.

–  …и ребенок, - мрачно закончил Подгорный Охотник.
– Лучше пойдем через горы. Я знаю здесь сквозные коридоры.

–  Я там проползу?

–  Это вряд ли. Лети напрямик и жди на той стороне.

–  Может, я всех на спине перевезу?

–  А если Алые Стрекозы налетят? Как ты с таким грузом отбиваться будешь?

Знатоки Подгорного Мира заспорили. Арлина быстро потеряла нить разговора, ей стало скучно. Волчица поглядывала на Араншу, нежно ворковавшую над своим рыжим сокровищем. И впрямь чудесный малыш - хотя с близнятами его, разумеется, и сравнить нельзя… Но как же тяжело будет молодой матери пересекать горы! Хоть ползком по каменным норам, хоть верхом на драконе среди облаков. Руки-то заняты!

Кочевницы в Наррабане привязывают детей к спине. Наверное, удобно, да где же взять веревку?

И тут госпожу осенило. По пути сюда она обратила внимание на то, что кусты опутаны гибкими растениями - вроде вьюнков, только потолще. Керумик объяснил, что эти зеленые плети очень прочные: они с Эрваром как-то раз соорудили из них переправу через пропасть.

Да, но в кустах шляется какая-то раненая зверюга… Ну и что? Ведь Арлина не собирается лезть в кусты! С краю нарежет стеблей. Если что - только крикнуть, на помощь сразу прибегут. И прилетят…

Подгорные Охотники продолжали спорить. Аранша кормила ребенка. Никто не остановил Волчицу, когда та направилась вниз по склону к кустам.

Достав нож, она срезала длинный гибкий стебель. Ух ты, даже нож его с трудом взял! Ну-ка еще несколько… да подлиннее…

Сквозь кусты донеслось дразнящее журчание. Арлина облизала пересохшие губы. Руки резали неподатливые стебли, а в душе было одно желание: глоточек бы, да не из баклаги, а прямо из земли… холодная, живая струя…

А, ладно! Тут же рядом!..

Арлина скользнула в объятия изогнутых недобрых ветвей, которые скрыли ее с головой, и пошла на звук бегущей воды.

Идти пришлось недалеко. Кусты расступились, открыв небольшой родничок, выбегающий из-под коряги и ручейком струящийся в чашу.

Возле ручья лежал Керумик с неестественно вывернутой шеей. Застывшие глаза уставились в сплетение стволов и ветвей.

Аранша кончила кормить сына и теперь любовалась его оттопыренными во сне толстыми губками. Подгорные Охотники продолжали препираться насчет выбора дороги.

По склону задумчиво поднялась Арлина с охапкой гибких стеблей в руках. Она бросила свою ношу рядом с наемницей.

–  На, подпояшись. И прикинь, нельзя ли твоего принца к спине привязать, чтоб руки освободить.

Аранша, радостно вскрикнув, начала перебирать длинные стебли. А Волчица, шагнув в сторону, оказалась над сидящим Керумиком:

–  Молодец, хорошо мой меч наточил. Дай сюда… Давай-давай, забыл, что ли: сегодня моя очередь меч носить!

Эрвар изумленно приподнял голову, стегнул кончиком хвоста по камням. Он-то помнил, что меч Арлины улетел в море во время драки с ящерицами.

Но Керумик ничем не выказал удивления. Чуть помедлив, он протянул оружие женщине.

–  Эрвар, - негромко сказала Арлина, - ты говорил, что напарники должны друг другу доверять. Так?

Поняв по тону женщины, что происходит нечто серьезное, дракон молча кивнул.

–  Тогда ответь на мой вопрос. Просто ответь, без всяких «зачем» и «почему». Помнишь, мы были втроем в Подгорном Мире… и Ралидж угодил в ловушку. Колдовство заставило его забыть даже собственное имя. И он не хотел оттуда уходить, так ему было хорошо. Как ты разрушил эти чары, Эрвар?