–  Спас-с-сение! С-с-скорее!

–  Приглядите за Безумцем, чтоб не помешал…

–  Все равно ничего хорошего из этого не…

–  Заткнись, старый глупец! Да где же они?!

–  Я сказал - тихо!!

И вновь все смолкло. Но тишины уже не было над полянкой: лес огласился приближающимся стуком топоров и неразборчивой бранью на два голоса.

Кусты затрещали. На полянку вывалились двое. Один из них патлатый тощий парень - огляделся и возмущенно заявил:

–  Ты куда меня завел, придурок? Одни камни остались…

–  Люди зря болтать не будут, - озабоченно откликнулся его спутник, верзила с изрытым оспой лицом.
– У этих Ночных Магов, говорят, подземелья были битком набиты сокровищами!

–  И вот так пятьсот лет они лежат, нас ждут? Небось пошустрее нашлись, все выгребли…

–  Захлопни пасть! Всю дорогу ноешь… пришибу тебя, и дело с концом!..

–  Стой!
– перебил его патлатый.
– А это что такое?

–  Где?!
– оскалился рябой, вскинув топор.

–  Да вот… - указал его спутник на плиты с рисунком.

–  Тьфу! Я думал, ты впрямь что-то углядел…

–  Ты что, дурень, не видишь? Вокруг все заросло, а плиты чистые!

–  И хорошо, что чистые. Сейчас тут сядем, перекусим, а потом поищем вход в подземелье. Тут и костер разведем, ночь будет ясная…

–  Ох, лучше бы в лес уйти! Говорят, здесь призраки магов до сих пор бродят… все восемь…

–  Семь, - поправил патлатого звучный, красивый женский голос.

Рябой, уже усевшийся на край плиты, вскочил, подхватил из травы свой топор и яростно заозирался в поисках той, что заговорила с ним. Патлатый позеленел от ужаса, рухнул на колени и закрыл голову руками.

–  Э-эй!
– рявкнул рябой.
– А ну, выходи, кто тут есть! Покажись!

Раздался смех, совсем не похожий на женский. Очень неприятный смех - лязгающий, жестяной какой-то…

–  Пощадите нас!
– провизжал патлатый, стоя на коленях. Мы сейчас… мы уйдем… и никогда, никогда…

–  Уйдете?
– отозвался въедливый старческий голос.
– Ну уж нет!

У патлатого перехватило горло. Рябой застыл с поднятым топором, глаза свирепо сузились.

Над черной плитой замерцал рой огоньков. Предвечерний воздух сгустился, задрожал, поплыл тонкими полупрозрачными струями, которые сплелись в туманную фигуру. Перед потрясенными людьми возник седобородый старец в длинной мантии. На вытянутом темном лице колючими огоньками сверкали глаза.

–  Уйти хотите?
– въедливым голосом поинтересовался он.
– В Кровавую крепость прийти легче, чем уйти.

Рябой оказался неустрашимым до тупости. Он крепче стиснул топорище и со злым вызовом спросил:

–  Ты, что ли, старый козел, меня останавливать будешь? А я сам не уйду. Не для того сюда тащился…

Призрак заколыхался, туманные струи свились в новый узор - и перед глазами смельчака предстала прекрасная женщина, гордая и властная. Темные волосы, невероятно длинные и пышные, спадали ей на грудь и спину, закрывая тело блестящим плащом. Это была ее единственная одежда, но держалась женщина так спокойно и надменно, словно на ней блистала парча королевского наряда.

–  Ты дерзок, смертный! Раз забрел во владения Семи Магов, будь почтителен и послушен - и тебе подарят жизнь… может быть!

Женщина горделиво вскинула голову, длинные пряди волос разметались на ее высокой груди. Рябой, ошалев от такого зрелища, чуть не выронил топор, а патлатый, до этого закрывавший ладонями лицо и глядевший сквозь пальцы, потрясенно опустил руки.

Но туман над плитами вновь всколыхнулся - и явил глазам незваных гостей широкоплечего человека с резкими, энергичными чертами лица. На нем была кожаная куртка с нашитыми металлическими полосами. Не только этот боевой доспех и меч у пояса, но и жесткий взгляд, и прямая осанка выдавали воина.

–  Вижу, вы не трусите, парни!
– заговорил призрак с грубоватым дружелюбием.
– Пришли искать клад, верно? Хорошее дело! Клад здесь и впрямь есть, да не всякий его взять сумеет…

Рябой недоверчиво заморгал, а патлатый, который до сих пор трясся от немого ужаса, неожиданно успокоился и поднялся с колен. Их не убили на месте? С ними беседуют? Отлично! Переговоры - это по его части!

–  Скажи, о доблестный воин, - начал он льстиво и велеречиво, - что мы можем сделать, чтобы взять сокровища и не навлечь на себя гнев Восьми Магов?

–  Семи, - вновь поправил его гневный женский голос.

–  Не влезай в разговор!
– грубо одернул невидимую женщину воин.
– Не видишь, что ли: дело идет на лад! Парни, похоже, соображают, что даром на свете ничего не даемся. Услуга за услугу…

–  Понимаю!
– просиял патлатый.
– Почтенные призраки хотят, чтобы мы с другом разыскали их бренные останки и предали честному погребальному костру?

–  Да мы сами кого хочешь на костер уложим!
– возмутился въедливый старческий голос.