— Как я выгляжу? — поинтересовалась Сасс, хотя ее меньше всего интересовало мнение Лизабет. Она и сама знала, как выглядит. Как раз для роли. Она настоящая Мойра.

— Неплохо, — ответила Лизабет.

— Как это понимать?

В глазах Лизабет появилось смущение, она не знала, что ответить, не подозревая, что Сасс шутит.

— Выглядишь ты великолепно. Но все-таки я думаю, что тебе не стоит так скрывать свою фигуру.

— Я не на конкурсе красоты. — Сасс снова повернулась к зеркалу. — Мойра одевалась скромно. И это делает ее измену тем более мучительной. Она не была сексуальным созданием, не выставляла свою красоту напоказ и не соблазняла ею старика. В этом все и дело: мы все уязвимы.

Удовлетворенная своей отповедью, Сасс взглянула с усмешкой на Лизабет и взяла ее за локоть.

— Я просто не знаю, что мне делать с тобой и Куртом. Вы оба все время ходите с вытянутыми лицами. А я-то думала, что тебя хоть немного увлек мой проект.

— Мне очень интересно, — заверила ее Лизабет, немедленно отозвавшись на похвалу; лицо ее прояснилось и стало почти красивым. — Ах, Сасс, я знаю, что этот фильм как раз подходящая для тебя вещь. Просто мне хотелось, чтобы ты показала в нем весь свой блеск.

— Тут у меня есть возможность показать свое сердце, — весело сказала Сасс, — а мне давно хотелось этого. Я устала от фильмов, демонстрирующих мои внешние данные. Зри в корень, Лизабет. Обращай внимание не только на оболочку. Надеюсь, что мои зрители это сделают.

С этими словами Сасс вышла из трейлера и вдохнула полной грудью воздух великолепного весеннего дня. Увидев съемочную группу, она весело махнула рукой. И вскоре Лизабет уже слышала лишь звуки ее голоса, уже не разбирая слов. Она встала в дверях трейлера. В походке Сасс ощущалась весна, какую Лизабет никогда еще в ней не видела. Вздохнув, она спустилась на землю, довольная тем, что хотя бы прекратился дождь. Она уже устала от него и не меньше, чем Курт, тосковала по теплому солнцу.

— Чувствуешь себя покинутой, Лизабет?

— Ричард! — Она вскинула голову и прищурила глаза. Сюрпризы ей не нравились, а это был явно тот случай. — Что ты здесь делаешь?

— Решил посмотреть, как у вас тут идут дела.

— Что ты говоришь! — протянула Лизабет, скрестив на груди руки. Ричард шел с ней рядом. Он был одет как для Лос-Анджелеса, в костюм с галстуком, ботинки были великолепными, пока не встретились с мокрой почвой Ирландии. Он нес папку, крепко сжимая ее, будто что-то ценное.

— Нелегко вас было отыскать, — пожаловался он.

— Я не думала, что это будет так трудно. В этой части острова все знают, что мы тут снимаем.

— Я имел в виду, что до вас тяжело добраться. Дороги в безобразном состоянии.

Разговаривая с Ричардом, она не отрывала глаз от Сасс. Если его приезд означал какую-либо неприятность, Лизабет хотела узнать о ней первая. Тогда она смогла бы прикинуть, как смягчить удар. — Что тебя привело сюда, Ричард?

— Бизнес.

— Не сомневаюсь, — сказала Лизабет. — А в чем дело? Все идет неплохо. К тому же мы и так через несколько дней возвращаемся в Лос-Анджелес. Так что же тебя беспокоит?

— Сасс истратила изрядную часть своих денег на этот фильм. Я этим встревожен.

— Это ее деньги, Ричард.

— Это наши рабочие места, Лизабет, — напомнил он, — а также карьера Сасс. Она еще молода, но не настолько, чтобы вернуть себе все, если это дело не выгорит. И мне кажется, она это не понимает.

Ричард остановился, и Лизабет вместе с ним. Они подошли к краю толпы, глазевшей на происходящее. Одетые в черное старики стояли, держась за руль велосипеда, молодые парни сбились кучками, болтая как сороки, женщин почти не было видно. Над всем лицедейством молча возвышалась деревня. Впереди утесы резко обрывались в море. Ричард невольно признал, что зрелище великолепное и трогательное. Он был уверен, что в визуальном отношении фильм получится замечательный. Вот только неизвестно, принесет ли он какие-нибудь деньги. Тут его увидела Сасс и заторопилась к нему.

— Ричард! Боже мой, Ричард! Что ты здесь делаешь?

Протянув руки, Ричард обнял ее. Если бы он не слышал ее голос, то не сразу бы понял, что это Сасс. Он отстранил ее от себя, чтобы разглядеть получше. Она была прекрасна и сияла миловидностью, какой он не видел прежде. Она сияла, мерцала, свет отражался от нее лишь для того, чтобы вернуться и заиграть в роскошных волосах.

— Сасс, ты выглядишь потрясающе, — сказал Ричард, чувствуя себя неловко. Беспокойство о деньгах показалось ему мелочью по сравнению с тем счастьем, что принесла их трата. Как мог он пасть так низко, никакие деньги в мире этого не стоят! Слава Богу, он образумился. Слоан Маршалл взяла у него личную расписку и готова дать деньги. Для сантиментов нет времени. — Сасс. Слушай. Мы должны поговорить. Ты уже заканчиваешь?