— Ничего не нужно, спасибо. Но вот на ленч я бы не отказался от китайского салата с курицей, какие делает Эми. Как, это возможно? — Тон Курта был далек как от надменности, так и от заискивания. Он чувствовал себя с прислугой невероятно уверенно. — А ты как, Сасс?

— Я тоже не откажусь. Винифред, пожалуйста, скажите мистеру Мейдену, что через четверть часа я спущусь. И еще передайте им, чтобы они не строили за меня никаких планов. Терпеть не могу, когда они делают это у меня за спиной, — предупредила Сасс, понимая, что ни Ричард, ни Лизабет не обратят на слова Винифред ни малейшего внимания.

— Да, мэм.

Винифред исчезла. Сасс вздохнула и направилась в ванную, одна стена которой была сплошь стеклянной, сбрасывая по дороге ночную рубашку. Выглядела она потрясающе, лучшего Курт и представить себе не мог.

— Вот так, — пробормотал он. В конце концов любому мужчине приходится смиряться.

Сасс удивленно оглянулась через плечо, ее светлые глаза расширились, когда она увидела, как Курт отшвырнул в сторону простыни. И она усмехнулась. Ему только этого и требовалось.

Одним прыжком он выскочил из постели и ринулся за ней вслед. Сасс взвизгнула и бросилась в ванную, едва не поскользнувшись на кафеле, покрывавшем пол, стены и потолок. Курт без труда настиг ее. Схватив за талию, прижал к себе, и их тела слились. Сквозь стеклянную стену ванной струились золотые лучи солнца отражаясь на белом кафеле. Густой лес подступал вплотную к стеклу, загораживая их от любопытных глаз. И здесь-то Курт и Сасс закончили то, что начали в постели. На этот раз Курту удалось убедительно доказать, что это одно-единственное лекарство против ее хандры.

Через полчаса к Ричарду и Лизабет вышла слегка виноватая, но сияющая Сасс. Прогнав свое недовольство жизнью, пусть даже ненадолго, Сасс была готова заняться делами.

Лизабет Шеридан при появлении Сасс сделала один из своих скупых, но красноречивых жестов, которые многие считали высокомерными. Ричард не являлся исключением: он считал, что Лизабет преступает служебные рамки, и не делал из этого секрета. Впрочем, эта его неприязнь стала такой привычной, что Сасс почти не обращала внимания на странное соперничество своего менеджера и помощницы.

Услышав низкий, мелодичный голос Лизабет, она повернулась и обнаружила, что та пристально смотрит на нее, а не на Ричарда. Сасс улыбнулась, прогоняя от себя странную неловкость, нередко возникавшую, когда она обнаруживала внимание к ней другой женщины. Как жаль, что Лизабет не может обрести счастье за пределами работы.

Лизабет была сиротой, как и Сасс. И ее потребность быть любимой преобразилась в почти нездоровую преданность тем, кого она любила. Сасс, понимая желание Лизабет быть кому-то нужной, старалась помочь ей. Она предложила ей пользоваться услугами своего парикмахера и косметолога, знакомила Лизабет с приятными, и вроде бы подходящими ей мужчинами, оплачивала ее отдых в каком-нибудь престижном курортном месте, водила по дорогим магазинам. Увы, ничто не помогало. Лизабет по-прежнему довольствовалась низкими каблуками, длинными юбками и вечными кардиганами. Сасс решила, что в тот же день, когда она поймет, чем можно по-настоящему осчастливить Лизабет, она купит ей пожизненный запас этого. Это самое малое, чем она может отплатить ей за годы верной — если не сказать одержимой — службы.

— Ну что ж, все в сборе, — сказал Ричард.

Сасс вздрогнула. Она почти забыла о его присутствии, таким завораживающим был спокойный, но странно напряженный взгляд серых глаз Лизабет. Лизабет взялась за блокнот для диктовки и села справа от Ричарда, лицом к Сасс. Ричард поерзал на диване, ему не терпелось приступить к делу.

— Ладно, ты слушаешь, Сасс? По-моему, ты опять где-то витаешь.

— Ричард, когда это я не слушала то, что говоришь ты? Уже много лет ты блестяще организуешь мою жизнь. — Сасс улыбнулась, но ее взгляд был устремлен куда-то вдаль.

— Ты заставляешь меня говорить как сержант на плацу перед новобранцами, — посетовал Ричард, хотя голос его смягчился. — Ты же знаешь, что твои интересы для меня дороже всего. Разве хоть раз я посоветовал тебе что-либо плохое, а, детка?

Сасс пожала плечами и разгладила серую кисточку на вышитой подушке, которую держала в руках. Ну вот, обиделся. Она вовсе не хотела уязвить его. Ей нужно лишь, чтобы он был к ней немного более чутким. В последнее время ее ужасно раздражали все эти планы и договоренности. Если не Ричард, так Лизабет. Если не Лизабет, то Курт хотят, чтобы она отправилась туда-то либо туда, показалась там-то, посмотрела то-то.

— Полагаю, что нет, — произнесла Сасс без особой убежденности и поджала под себя босые ноги.

На ней были любимые джинсы, с которыми она не расставалась по меньшей мере десять лет, такие они были уютные. Она надела старый свитер из хлопка и завязала рыжевато-золотистые волосы в хвост. Сказать, что Сасс выглядела изумительно, значило, не сказать ничего.

— Сасс, — жалобно протянул Ричард, — у тебя такой тон, будто сердце твое разбито. А у нас речь сейчас идет вовсе не о сердце. Сколько раз я говорил тебе, что бизнес есть бизнес. И просто не имеет смысла делать то, что не пойдет на пользу бизнесу Сасс Брандт. — Ричард чуть подался вперед, пытаясь поймать ее взгляд, но она продолжала смотреть куда-то в пространство. Его удивило, что, после всех этих лет, Сасс внезапно стала неуправляемой. Он мог ожидать от нее этого в восемнадцать лет, но не теперь, когда она стала профессиональной актрисой, а ей уже перевалило за двадцать пять.