— О чем ты думаешь? — спросил он.

— О тебе, — искренне ответила она.

— И что же?

— Как сильно я тебя люблю, какие чувства ты во мне вызываешь. Я думаю, что ты необыкновенный. — Сасс пожала плечами, словно показывая, как трудно ей объяснить все это. Иногда кажешься такой неискренней, обнаруживая настоящие, взаправдашние эмоции. Как ей сейчас не хватает сценария.

— Это ты необыкновенная, Сасс. Для меня и десяти миллиардов зрителей во всем мире.

— Нет. — Сасс приложила к его губам пальчики, не давая ему продолжить. — Это из-за тебя я чувствую себя особенной. И просто не знаю, как мне благодарить тебя за это. Моя мать была единственной, кто вызывал во мне это чувство, пока не появился ты. Я искренне верю, что ты любишь именно меня, а не мой имидж. И признательна тебе за это всем сердцем.

Курт приподнялся и посмотрел на нее. Красивый лоб перерезала горькая морщинка, глаза скрылись за длинными ресницами. Иногда его забавляла ее странная наивность. При всей своей умудренности, жажда быть любимой делала ее иногда почти одержимой. И в такие минуты им овладевало чувство вины. Как он мог объяснить, что для него в равной степени важен ее имидж, как и она сама. И картинка на рекламном плакате, и лежащая рядом с ним женщина во плоти. У него не нашлось ни слов, ни умения поделиться с ней этими потаенными и противоречивыми мыслями, и Курт Ивенс сделал единственную вещь, которую умел делать. Стал любить ее.

Расстегивая пуговицы на ночной рубашке Сасс, он жарко шептал ей, как сильно она нужна ему. Нежно целовал ее, касаясь губ и щек, спускаясь к шее. Осторожно прикоснулся губами к ее груди и уже собирался снять с нее сорочку, когда в дверь спальни бесцеремонно постучали. Три раза. Сигнал экономки. Курт издал разочарованный стон, с недовольным видом перекатился на свою сторону кровати и вновь укрылся одеялом.

— Ах, Курт, — сочувственно вздохнула Сасс. Искусная актриса, она постаралась показать, что разочарована не менее сильно, чем он. И все-таки мысленно поблагодарила экономку. Накинув халат, она крикнула: — Что такое, Винифред?

Дверь отворилась и появилась пятидесятилетняя Винифред. Скрестив на груди руки, она без всякого интереса посмотрела на лежащую в постели парочку. Она симпатизировала Сасс и Курту, но такой привязанности, какую питала когда-то к семье Карсон, не испытывала. Какие милые были дети. Звукам любовных утех Винифред предпочитала детский гам. А с этой парочкой то и дело наталкиваешься на странные вещи.

Не сказать, чтобы мисс Сасс ведет себя несдержанно, но вот у мистера Курта существует привычка проделывать немыслимые вещи в самых неподходящих местах и в самое несуразное время. По крайней мере, раньше такое за ним наблюдалось. В последнее время в доме все шло не слишком гладко. Но Винифред знала, что она не уйдет, даже если они вознамерятся предаваться своим плотским удовольствиям на обеденном столе. Пожалуй, больше никто не платит так хорошо и не требует так мало, как Сасс Брандт.

— Мисс Сасс, это мистер Мейден.

— Я что-то не слышала телефонного звонка, — удивилась Сасс, оглянувшись на Курта за подтверждением. Он покачал головой и изобразил недоумение на лице. Она засмеялась, понимая, что Курт предпочел бы скорее иметь дело с телефоном, с которого можно снять трубку, чем с Винифред, игнорировать которую невозможно.

— Нет, мэм. Мистер Мейден ожидает в гостиной. Он сказал, что вы с ним договорились о встрече, — терпеливо ответила Винифред.

— Ах, Господи! — Сасс нагнулась над прикроватным столиком и заглянула в календарь, добросовестно заполнявшийся каждый вечер Лизабет. Затем откинулась на подушки, собираясь с духом. Что с ней происходит? Неужели она теряет рассудок.

— Вы абсолютно правы. Я совершенно забыла. Лизабет только вчера вечером напоминала мне о встрече. Она там, с мистером Мейденом?

— Да, мэм. По-моему, у них есть о чем поговорить.

— Не сомневаюсь, — весело засмеялась Сасс. — Они готовы заставить меня прыгать до ста десяти лет. Ступайте вниз и спросите у мистера Мейдена, не желает ли он позавтракать. А я сегодня ограничусь соком, арбузом и кусочком тоста. И никакого масла.

— Мисс Лизабет мне уже говорила, мэм, — фыркнула Винифред. Помощница у Сасс такая, что жутко становится. Лизабет может сказать, что хочет мисс Брандт, еще до того, как та сама об этом подумает. Винифред преклонялась перед таким талантом и находила его удобным. Благодаря этому легче было вести хозяйство.

— Лизабет просто неподражаема. — Сасс вздохнула и откинула одеяло. — Видно, я самый предсказуемый человек на свете, или она шизик.

— Да, — пробормотал Курт. Приподнявшись на локте, он пытался схватить ее за руку и затащить назад в постель.

Сасс метнула на него укоряющий взгляд и освободилась. Неприязнь Курта к Лизабет огорчала ее. Она ведь не только ее помощница, но и лучшая подруга. И жить вот так, как они, в этом просторном компаунде на Малибу становилось тяжело, если между кем-то возникали трения. В ближайшее время Лизабет и Курту придется выяснить отношения. Но только не сегодня утром.

Винифред все не уходила.

— Мистер Курт? — Служанка склонила голову набок и поглядела невидящими глазами на постель. Женщины всего света отдали бы что угодно, лишь бы оказаться на ее месте, однако вид лежащего под простынями обнаженного Курта Ивенса не произвел на Винифред ни малейшего впечатления.