Цистерианец писал, что недалек тот день, когда Вальдемар наденет на свое чело королевскую корону. Сначала вместе со своими старшими родичами Свеном и Кнудом, как соправитель. Но это ненадолго, ибо трем королям на одном троне не усидеть, а победит тот, кого поддержит церковь. Намек был прозрачным и Ассер его, конечно же, понял и возрадовался. И что его еще порадовало, это слова Шарля о том, что об успехах главы семейства Виде знает сам Бернард Клервоский, а через него папа римский, который благословляет его. Для Ассера это значило очень много, и по совету цистерианца он решил подготовить одного из своих сыновей для отправки на учебу в Париж, где тот станет изучать церковное право, теологию и другие нужные священнослужителю науки. Вот только кого послать, Абсалона или Асбьерна? Оба парня талантливы и прилежны, и этот вопрос весьма беспокоил его.

Впрочем, время в запасе еще было. И не определившись, кто же поедет в Париж, ярл решил отправиться на покой.

Было, он развернулся в сторону двора, но резко остановился. Ему показалось, что один из придорожных кустов дернулся. Ассер всмотрелся в сгущающиеся сумерки и ничего подозрительного не обнаружил. Есть лента дороги, кустарник вдоль нее и больше ничего.

"Нет. Показалось, - решил ярл и мысленно добавил: - Надо не забыть с утра отправить в поле слуг, пусть окрестности почистят и ров углубят".

Хозяин Фьеннеслева, настроение которого почему-то резко испортилось, правой ладонью помассировал грудь в районе сердца и спустился со стены. Во дворе он увидел одного из своих воинов, бывшего телохранителя Кнуда Лаварда, по имени Бьерн, и окликнул его:

– Торвальдссон!

– Ярл, - кряжистый пожилой мужчина в перепоясанной ремнями кольчуге лениво обернулся к Ригу и отвесил ему небрежный поклон.

– Кто сегодня на страже?

– Я и мой десяток, - ответил Бьерн, который считал, что в первую очередь он служит сыну своего прежнего вождя, а только потом Ассеру.

– На ночь усиль караулы и предупреди Вестильда, чтобы был готов поднять свой десяток. И еще... Ближе к полуночи выпусти во двор собак.

– Как скажешь ярл, - воин кивнул и спросил: - Есть из-за чего беспокоиться?

Риг пожал плечами и ответил:

– Пока нет.

Бьерн Торвальдссон, который знал, что Ассер ничего не делает и не говорит просто так, нахмурился и направился в казарму, поднимать десяток своего друга Вестильда и псарей, коим предстояло всю ночь дежурить во дворе с волкодавами. Ну, а Риг вошел в жилой донжон. Здесь он на миг замер и подумал, что неплохо бы было навестить детей, покои которых находились под крышей башни и охранялись двумя самыми лучшими воинами из его дружины. Но вместо этого, решив, что мальчишки уже спят, ярл поднялся в свою спальню. Здесь он увидел, что жена, которая в последнее время сильно растолстела, утратила былую красоту и подвижность, уже спит, и подумал о том, что старость подступает все ближе. Однако она его не пугала, ибо есть дети, наследники и продолжатели дел. Да и сам он еще крепок и многое успеет сделать.

Вздохнув, Ассер постарался прогнать прочь беспокойные мысли, выглянул в узкое окошко, за которым было темно, разделся, погасил дорогую масляную лампаду, подарок Шарля Понтиньи, и лег спать. Было, он прижался к теплому боку жены и задремал, но неожиданно вздрогнул всем телом и глаза его открылись.

– Ты чего?
– сонно пробурчала его супруга.
– Хочешь любви?

"Какая там любовь!?
– мелькнула в голове Ассера мысль.
– Что-то не так, а мы спим! Что ты корова, что я старый дурень!"

Но вслух Риг этого не сказал, а поднялся, подошел к окну и при лунном свете стал одеваться.

– Случилось чего?
– жена приподнялась, села на постели и посмотрела на него.

– Спи! Все хорошо!
– Эти слова Ассер бросил, снимая со стены тяжелые ножны и покидая комнату.

Без промедления Ассер спустился вниз. В замке уже все спали и во дворе тихо скулили волкодавы. Полумесяц луны скользнул за большую рваную тучу, и темнота окутала все вокруг. И только у казармы, где был виден огонек факела и стоял караульный воин, происходило какое-то движение.

"Может быть, поднять тревогу?
– спросил себя Риг и тут же сам себе возразил: - Нет. Все спокойно. Просто я волнуюсь из-за письма Шарля. Накручиваю себя, и от этого в голову лезет всякая чепуха".

– Да, старею, - отпуская рукоять меча, тихо произнес ярл, и решил пойти на кухню и выпить вина, а потом, возможно, навестить рыжую красотку Йофред, которую он специально поселил невдалеке от своих покоев в отдельную комнату.

Ярл повернулся к двери. Но тут снова из-за туч показалась луна, которая озарила все вокруг своим призрачным светом, и он увидел, что подле крыльца лежит окровавленное тело одного из псарей, а волкодавы, которые должны были разорвать всякого, кто покусится на их друга и кормильца, лежат рядом с ним на животах и тихо вполголоса скулят.

– Тревога!
– без долгих раздумий выкрикнул Ассер.
– К бою! Воины! К оружию! Все сюда!

– Ширх-х!
– с характерным звуком сталь клинка покинула ножны, и ярл бросился обратно в донжон.

Он бежал наверх, в комнату, где проживали его сыновья и Вальдемар. В замке убийцы - это понятно, точно так же как и то, за чьей жизнью они пришли. Охранники на стенах их прозевали или уже убиты, собак они обошли, а воины в казармах дрыхнут без задних ног.

"Господи!
– на бегу взмолился Риг.
– Помоги! Спаси Вальдемара и моих детей! Пусть их телохранители не спят и сдержат убийц! Господи! Храм в твою честь поставлю! Только не оставь!"