Там, змеей извиваясь по равнине и рассекая древние леса, несет к Венедскому морю свои чистые воды река Укра, по правому берегу которой живут люди из поморянского племени укров. И вот здесь все благостное состояние улетучивается и на лицо сама собой наползает хмурая тень, ибо перед взором пепелище. Сожженная дотла деревня, которая стояла у паромной переправы через реку. Поселение по местным меркам было большое, дворов на сорок, и сейчас от него не осталось ничего. Дома, амбары, сараи и склады на берегу - все это поглотил огонь. Людей не видно. Скотины нет. Паромная переправа не работает, поскольку нет самого парома, а от причалов остались только горелые каркасы. Дымов не наблюдаем, а поля вдоль реки заросли бурьяном. С виду полное запустение. А если посмотреть на левый берег реки, то там тоже виден черный неровный квадрат. Все, что осталось от другого славянского поселения, которое находилось на земле лютичей, и было построено племенем редарей.

Вот такие вот пирожки с котятами. Жили себе люди, тихо и мирно. От переправы и дороги, по которой раньше шли богатые торговые обозы, имели серебро и припасы. Содержали постоялые дворы, бортничали, охотились, ловили рыбу, возделывали поля и, наверняка, общались с соседями на другом берегу Укры. Бывало, дрались и ссорились, а бывало, что вместе гуляли, отмечали праздники и отдавали в соседнюю деревню своих невест-красавиц. Но время бежит, все изменяется, заповеди предков превращаются в пустой звук, а выборные правители, согласно историческому процессу, становятся наследными феодалами. Князья поморян и лютичей в ссоре, между ними идет пограничная война, которой не видно конца, а ее результат вот он, перед моими глазами. Две богатые деревни обращены в пепел, дорога понемногу зарастает, родичи по крови и вере враждуют, а германцы, как ненароком бросил в дороге Сивер, уже переименовали Укру на свой лад в Иккер.

И что дальше? Насколько я помню историю, со временем здесь будет княжество Священной Римской империи, одно из многих, а славяне, которых окрестят, окажутся на положении бесправных рабов, онемечатся и станут воевать против своих восточных сородичей. Все просто и понятно, и за примером далеко ходить не надо, достаточно лужицких сербов вспомнить, которые живут дальше к югу. Они участвуют во всех походах германских феодалов и примут самое активное участие в будущем Крестовом походе на вендов, который не отменить. Да и позже себя покажут. Вон, хоть Вторую Мировую Войну вспомнить. Вождь Третьего Рейха "своих славян" весьма хвалил, не одного летчика, танкиста и военачальника Железным крестом наградил, и ничего, никаких угрызений совести. Хотя когда наши войска форсировали Вислу и Одер, в некоторых городках их встречали радостными выкриками и большими плакатами с надписью: "Добре дошли братушки!" Ну, это и понятно, про славянское братство наши дальние европейские родственники всегда вспоминали в первую очередь, когда танки с красными звездами на башнях приближались к границам Болгарии, Словакии, Югославии, Хорватии или Польши. Где-то радовались искренне, а где-то, лишь только наши солдаты уходили дальше на запад, в спину плевали.

Впрочем, если покопаться, за каждым человеком, родом, племенем и народом можно найти какие-то некрасивые и нелицеприятные поступки, которые не стоит афишировать. Так что нечего на зеркало пенять, коли рожа кривая. Долой мысли о будущем, возвращаюсь в день сегодняшний.

Мы в пути уже третьи сутки. Ехать тяжело, так как мое молодое неокрепшее тело постоянно бунтует и подвывает в тоске. Однако постепенно я все же втягиваюсь в ритм движения. И если в дороге не случится чего-то неожиданного, еще через три дня наша небольшая группа будет в Волегоще. Ну, а там сутки-другие и Аркона - место, значение которого для славян можно сравнить только с Римом в системе католицизма, Константинополем для ортодоксов или Иерусалимом для истинных иудеев. Что меня там ожидает? Жрец Триглава говорит, что все будет в порядке. У меня заберут громовник, расспросят о том, что я знаю по истории, а затем предоставят право выбора - уйти или остаться, и я ему верю, поскольку мое чутье на опасность молчит. И что дальше? Четкого ответа на этот вопрос я не имел неделю назад, и его нет до сих пор. Только смутные планы и не более того, хотя, надо отметить, что под влиянием Сивера, который вчера впервые погонял меня с мечом, и сопровождающего нас волхва, я все больше склоняюсь к тому, чтобы остаться на острове Руян.

Ну, а чего? Вокруг меня не чужаки. Отнеслись ко мне с пониманием и колодку на шею не одевают, а в Арконе можно будет пожить, освоиться, накачать мускулатуру, заработать репутацию, обрести полезные связи, язык подучить, клинки и прочее вооружение освоить, да и предкам помочь. При этом моя помощь, как я ее вижу, состоит не в том, чтобы подтолкнуть научно-технический прогресс или совершить мега-подвиг, например, уничтожить папу римского или императора Фридриха Барбароссу, а убедить жрецов Святовида, самых влиятельных людей племени ранов, провести ряд реформ. В первую очередь реорганизовать свою структуру, перевести экономику на военные рельсы, нанести упреждающие удары по наиболее влиятельным сторонникам крестового похода против славян и самим перейти в наступление по всем четырем сторонам света. Волхвы должны меня понять, ведь уловили мою основную мысль Сивер и Ждан, а значит, мое появление в прошлом может принести братьям-славянам какую-то пользу. Глядишь, будет меньше жертв с нашей стороны и больше со стороны врагов. Кстати сказать, крестоносцев я рассматриваю именно так - они враги, которых необходимо уничтожать без всякой жалости. И тогда, очень может быть, история пойдет по иному пути. "Дранг нах Остен" начнет пробуксовывать, а затем остановится, и не будет захвата Прибалтики и Пскова, и не состоится битва на Чудском озере, разумеется, если она вообще была. Почему я в этом сомневаюсь? Объясню.

Официальная история полная чушь. Это я знал и раньше. Однако пока не пообщался с людьми двенадцатого века, в котором оказался, и не увидел жизнь современников, воспринимал это как нечто интересное и забавное, но и только. Однако произошло то, что можно вполне спокойно и без натяжки назвать чудом. И вот я путешествую на пару с волхвом Триглава и витязем, косточки которых в моем родном времени давным-давно превратились в прах, а неблагодарные потомки предали их память. Как там в свое время сказал один главпоп? До принятия христианства славяне являлись варварами и практически зверьми? Ага! Говори, да не заговаривайся. И без твоей веры, за которую ты так радеешь, дабы карман не пустел, славяне были великим народом, со своей собственной письменностью, законами, традициями, выборной властью, способностью самоорганизоваться и дать отпор врагам, а самое главное, пониманием того, что такое добро и зло, и как должен жить свободный человек. Впрочем, возможно, этот священнослужитель не славянин, и тогда его понимание нашей культуры и истории вполне объяснимо. Ну, славяне. Ну и что? Плюнул в душу людей, да и дальше пошел. Делов-то. Вон, отцы-основатели его культа целые города выжигали, а тех, кто с ними был не согласен, на кострах запекали, и ничего, они стали святыми, а тут такой пустяк, какие-то там славяне.

Однако возвращаюсь к истории. Ее официальная версия, которую мне пришлось учить в школе, будучи пионером, а затем и комсомольцем, на фоне того, что я видел, выглядела очень бледно, поскольку мир вокруг оказался совсем не таким диким, как может показаться из двадцать первого века. Здесь Балтика, действительно, море венедов. И только в последние полторы сотни лет на этих просторах появился еще один сильный игрок - датчане, которые до того если и пакостили, то лишь по мелочи и осторожно, ибо руянские варяги им спуску не давали и всегда отвечали ударом на удар. Вот Европа, это да, законная зона охоты скандинавских викингов, а Балтика пока еще за нами, хотя варягов становится все меньше, а данов, которых половина Европы поддерживает, больше. Это всего один момент, а их очень много и с каждым прожитым мной днем картина мира вокруг становится четче и яснее. И совершенно естественно, это влечет за собой вопросы, которыми я донимаю Сивера и Ждана.

Например, половцы, они же кипчаки. Кто они, эти люди, которые держат за собой половину Великой степи? В моем времени на этот счет было много споров, а для современников ответ прост. Это объединенная общей целью и оборонительно-наступательными союзами Орда, а точнее, несколько Орд, своего рода группа армий, где воины находятся вместе со своими семьями, кибитками и скарбом, и национальный состав степняков очень неоднороден. Там имеются иранцы, хазары, закубанцы, кавказцы, потомки цимбров (готов), некоторые печенежские рода, пришедшие из Уйгурии тохары, тюрки, а так же воины великого Святослава, которые стерегли степные рубежи родины, и после отступления русских князей к Днепру так на этой границе и остались.