– Что объяснить?
– допытывался Стивен, и Филлириус, навострив уши, охотно к нему присоединился.

– Что нам следует помочь в борьбе с Императором. У меня есть способ его убедить.

Стивен, хотел было, спросить какой именно способ, но они вдруг остановились и визирь Ахикар заговорил с Адэль на медин-даширском. О чем-то условившись, визирь открыл двери и пригласил друзей в просторный зал. Внутри круглого зала было ещё три двери. Каждая из них вела в роскошные покои. Визирь почтительно поклонился, но не смог утаить огонек презрения, загоревшийся в глазах.

– Выберите покои и приведите себя в порядок, - без объяснений начала Адэль, не дав друзьям вставить и слова, - Визирь Ахикар пришлет слуг. Они принесут одежду и еду и приготовят вам ванну. Царь Мидас согласен встретиться со мной завтра, а сегодня нам всем надо отдохнуть.

– С тобой?
– искренне возмутился Стивен.

Филлириус из чувства такта промолчал.

– Да, со мной. Послом представилась я. Вы только придворные, мои друзья и сопровождающие. И прибыли по собственным торговым и политическим соображениям. Если будете выходить из покоев, обдумайте заранее, что станете говорить тем, кто может начать вас расспрашивать.

Адэль развернулась, чтобы уйти. Стивен догнал её, схватил за руку и резко развернул. Он потребовал объяснений, но Адэль вырвала руку их хватки друга и удалилась в покои.

Наконец-то она осталась одна. Ей давно стал ясен смысл слов Воздуха, но разум настойчиво отвергал очевидную истину. Она вспоминала моменты: отступление Спутников смерти, воскрешение Стивена, восстановление утраченных страниц книги, ураган в битве с Роной. Нет, ошибки быть не может. Элемент Воздуха предчувствовал угрозу и сам перенес себя в того, кого выбрал. "Мы больше не здесь. Здесь всего часть нас". "Нас", не "меня".

Размышления Адэль прервали слуги. Она не выгнала их. У неё впереди вся ночь, чтобы окончательно решиться. Её вымыли, одели по восточной моде в тонкое шелковое платье, подпоясанное на бедрах, расчесали белокурые волосы и вплели в них разноцветные ленты, украшенные жемчугом. Одна из служанок - темнокожая красавица, с зубами белее жемчуга и фигурой богини любви Мишлер - передала Адэль приглашение на ужин в честь прибытия её посольской делегации. Адэль согласилась - сейчас её бы взбодрила веселая беззаботная компания и бокал знаменитого сэль-тэль аминского вина. Стивена и Филлириуса так же пригласили и оба охотно приняли предложение. Праздник удался на славу: пять перемен блюд, реки вина, танцоры, акробаты, короткие театральные постановки, рассказывающие легенды и историю страны. Филлириус так часто прикладывался к сладко-терпкому эллинскому вину, которое ценил выше местного, что под конец празднества уснул прямо за столом. Стивен был почти трезв, но все же решил прогуляться перед сном в саду дворца и позвал с собой Адэль. Сад был не менее роскошен, чем все остальное. Фонтаны, пруды с экзотическими рыбами, павлины, и кругом десятки цветов.

– Я должна поговорить с тобой, - сказала Адэль после долгого взаимного молчания. За много недель они впервые остались наедине, и она хотела воспользоваться этим редким случаем.

Стивен вежливо, но сдержанно, попросил её продолжать.

– Завтра я пойду к царю Мидасу. Я знаю, он с готовностью согласиться помочь. Это значит, обратного пути уже не будет. Ты затеял войну с могущественным человеком, и в эту войну мы втягиваем монарха другой страны. Мы заключаем военный союз и у нас появятся обязательства. У тебя появятся обязательства, Стивен. Ты готов к такому грузу ответственности?

Стивен остановился и сел на скамью. Он думал, а затем спросил:

– К чему ты об этом? Ты передумала идти просить помощи?

– Нет, я не передумала. Я прошу передумать тебя. Я пойду, если ты скажешь, - Адэль упала перед Стивеном на колени и схватила за руки, - Но я умоляю тебя, одумайся. Ты ведешь к гибели всех. Ты понимаешь, что ты задумал?

Стивен растерялся. Он мог ждать от Адэль криков, оскорблений, но не мольбы. То, что Адэль, которая возможно была йараем, стояла перед ним - Стивеном - на коленях, значило не мало. Он внял бы её мольбам, случись они раньше, но он слишком давно всё решил.

– И что будет, если я одумаюсь, Адэль? Я останусь здесь навсегда и буду вечно бегать от Императора? Нет. Так не пойдет. Я устал от всего этого: скрываться от Императора, думать, как убить Императора, как вернуться домой. Хочу поскорее избавиться от этих проблем.

– Так забудь о них.

– Нет уж. Забыть и что делать? Спрятаться на каком-нибудь островке и распивать ром с утра до ночи? Это не выход. Я могу жаловаться на судьбу сколько душе угодно, но от задуманного не откажусь.

– Я думала ты выше этого.

– Выше чего? Желания вернуться в родной мир?

– Выше жалости к себе.

– Да ладно тебе!
– Всплеснул руками Стивен.
– А что я, радоваться должен? Меня забросили в чужой мир и что, я пиры должен закатывать на радостях? Посмотрел бы я, если бы тебя вот так вырвали из привычной жизни и закинули в чужое ненавистное место!

– Вырванной из жизни, в прямом смысле Стивен, и в ненавистном месте, я провела пятьсот лет! Забудь об Императоре!