– Но травмат не помог, – многозначительно хмыкнул Митя.

Леонидыч понял намек.

– Это не загробная зверюга, сколько раз повторять! В неуязвимость я не верю. Травматический пистолет штука опасная, но не смертельная. В отличие от моей старушки… – Он кивнул в сторону ящика с гарпунным ружьем, прислоненного к березе. – Я разбросал прикормку по воде, чтобы Ихтиандр запах почуял. Это привлечет его в залив. Обычно рыбу прикармливают не так, но у нас ведь не совсем рыба, приходится импровизировать.

Митя уже обратил внимание, что рыжие разводы растянулись вдоль берега на десятки метров.

– Набью кормушку кормом, – продолжал Леонидыч. – Это будет для него как сыр в мышеловке. Привяжем кормушку к ветвям топляка. Когда он подплывет, разнесу ему башку из ружья. У твоей биологии потом вряд ли будет предмет для изучения.

Сетчатый стакан был набит под завязку. Леонидыч нашел на берегу консервную банку, крышкой от которой закрыл стакан сверху. Чтобы она не свалилась, примотал проволокой.

– Привяжешь? – попросил он Митю, протягивая кормушку перепачканной рукой. – Я пока ружье подготовлю. Только глубоко в воду не опускай. Мне надо, чтобы он к поверхности поднялся.

Митя взял за линь потяжелевшую кормушку. Она раскачивалась у него под кулаком, словно маятник.

– А если не приплывет? – усомнился Савичев.

– Тогда снова займемся подводными поисками, – невозмутимо ответил Леонидыч и присел около воды, чтобы ополоснуть руки.

По скользкому стволу Митя добрался до ветвей, наполовину лежащих в воде – к счастью, спортивные сланцы с прорезиненной подошвой хорошо держали на мокром дереве. Внизу желтело дно с редкими камнями и водорослями. Неглубоко, метра полтора. Для ловушки место удачное. Если фараончик подплывет, его будет хорошо видно на фоне песчаного дна.

Негромко булькнув, кормушка провалилась в воду. Митя подвытянул ее обратно – так, чтобы на поверхности показалась крышка. Присев на корточки, привязал конец линя к толстому обломанному суку. Приманка поставлена.

Когда он вернулся на берег, Леонидыч сидел верхом на вывороченном корне, а у его ног стоял открытый ящик. Китобойное ружье разломлено на левом колене. Длинным деревянным шомполом, обмотанным на конце тряпкой, он чистил ствол. Митю вновь поразила литая мощь позапрошлого века. Оружие выглядело безжалостным и смертоносным. С ним было не страшно отправиться даже в преисподнюю…

Митя впервые поверил, что они могут одолеть фараончика.

Закончив чистку, Леонидыч бросил шомпол в ящик и достал снаряд. Развернув промасленную бумагу, бережно, словно ребенка, протер тряпочкой латунную поверхность от лишней смазки, потом вставил боеприпас в казенник. Снаряд заходил в ствол необыкновенно долго. Мите все казалось, что его где-нибудь перекосит и он застрянет, но гарпун вошел ровно и гладко, точно родной. Леонидыч затолкнул его до конца большим пальцем, после чего, глухо клацнув, сложил ружье.

Он забрался на самую высокую точку вывороченных корней упавшей березы, среди которых имелось U-образное углубление, и устроился в нем, словно в кресле, поставив ружье между ног. С этой точки отлично просматривались и погруженная в воду крона с привязанной кормушкой, и залив. Лучшей позиции нельзя и придумать.

Серые глаза Леонидыча деловито скользнули по водохранилищу.

– Теперь остается ждать, – напряженно вздохнул он.

– Долго? – спросил Митя.

– Надеюсь, что нет.

Натали вернулась в коттедж за сумочкой и деньгами. Она немного выбилась из своего графика, но к началу церемонии еще успевала. В пятницу дорога в Москву куда свободнее, чем дорога в область.

В гостиной она обнаружила следы пребывания мужа. На журнальном столике красовался немытый стакан и валялись крошки от бутербродов. Она позвала его, думая, что он где-то дома. Тишина. Видимо, приходил ненадолго и опять ушел.

Она так и не выбрала, на чем ехать в столицу. Если Митя в отеле, то мог бы ее отвезти. В конце концов, он обещал. Просить помощи у отца она не хотела, злясь на него за историю с Аркадием.

Дилемма разрешилась сама собой. В Митином портмоне, где Натали собиралась разжиться деньгами, оказалось только пятьсот рублей. На такси не хватит. Была еще банковская карта Мити, но она сомневалась, что в отеле есть соответствующий банкомат. Банкоматами других банков она не пользовалась из принципа, чтобы не платить грабительских процентов.

Стало понятно, что придется звонить супругу.

Около приманки они прождали больше часа: Леонидыч – сидя в своем кресле из корней, Митя – нервно прохаживаясь по берегу. По просьбе инспектора он дважды залезал на лежащий в воде ствол и разбрасывал корм. Едва рыжие крошки падали в воду, как поверхность вздрагивала от крошечных плесков – прикормка привлекла стаю мелких рыбешек.