Круглоголовая порода выбрана преднамеренно. Она умна, и потому с ее помощью легко составить градуировку. Ведь в самом деле, что толку было бы от какой-то… кошки, например? Ну, «мяу» и «мяу». Что при большой дозе «мяу», что при малой. Тут ни массаракша не определишься не то что с дозировкой, а даже с тем, действует ли препарат вообще. Голован — дело другое. Собака здоровая, Терпеливая. Наблюдал как-то — по служебной надобности пришлось, — как этих круглоголовых псин унимали новейшей амуницией кинолога — электроплетью. Истязатели в резиновых перчатках сами уже выдохлись, покуда здоровенных собак хоть чуточку проняло. Шерстью паленой вокруг все провоняло, пока угомонили этих голованов. Тут невольно решишь, что они туповаты. В смысле инстинкт самосохранения совершенно не развит. С другой стороны, это опровергается иными наблюдениями. А уж если с военными разведчиками-кинологами поговорить, так такое услышишь, что начнешь задумываться, разыгрывают тебя хитрым образом или все же правда? Потому что как ни крути, а мистикой попахивает. Да и розыгрыш как-то уж слишком тонок для грубоватых работяг ратного труда.

В общем, испытываю муки. Ведь сам же именно этого конкретного «песика» выбирал. Вот получается, перед ним совесть и нечиста. И что интересно, есть у меня ощущение, что Гекрс это понимает. Или это уже у меня косвенные признаки помешательства проявляются? Не знаю, право. Но вот проскальзывает мысль, что эти голованы еще умнее, чем про них рассказывают. Конечно, если поведать кому-то не из роты сбора данных, то решат, что доктора надо бы самого в лазарет, на обследование по психической части. Ладно, стране сейчас не до профилактики стрессовых срывов. Атомная война — это сплошной стресс.

Но вот профессор Имперской Академии Дорнель Мадисло считал, что стрессов как раз маловато.

— Кто мы есть? — спросил он меня еще в начале совместного научного творчества. — Думаете, личности, «человек — это звучит властно»? Выбросьте все эти убеждения на помойку, господин Дар. Безо всякого сожаления. Мы все — лишь ходячие химические фабрики, только и всего. Причем работает эта фабрика по своему собственному плану, нас ни о чем особо не спрашивает. Допустим, наработала она достаточный запас семенной жидкости, значит, пора ее куда-нибудь сбросить. Главное дело природы — это экспансия вширь, а мы — всего-то носители этой природной идеи. Которая и не идея вовсе, а так — приспособление.

Так вот, накопилась избыточная семенная жидкость. Склады готовой продукции, так сказать, переполнены. Ее надо срочно вывозить. Что по этому поводу делает фабрика? Правильно, отправляет заявку наверх. И даже не заявку, а требование. «Эй, вы, там, наверху! Какого рожна не шевелитесь?! Продукт готов, понимаешь!» Ну и пошло-поехало. У вас в голове ни с того ни с сего желание попросту неуемное. Шуруете куда-нибудь в кабачок, на танцульки. Ну и шурум-бурум, уже влюбились с ходу и по уши. Фабрика должна работать на полную мощь, продукт должен идти в дело.

Рулим дальше. Вот есть, как все убеждены, простые смертные, а есть, так сказать, герои. Правильно? Но на самом деле никаких героев нет. А есть, опять же, фабрики.

Давайте для начала ограничим понятие героизма чем-нибудь конкретным. Ведь понятие чрезвычайно размыто. Тут и долгая, в течение всей жизни, работа на пользу Империи, и массаракш знает чего еще. Возьмем простой, но впечатляющий случай — умение переносить боль. Ведь боль сама по себе, это как-то несколько не то. Вот разболелась от радикулита поясница, так куда от нее денешься? Терпи, и все дела. Но вот если пытки… Здесь уж героизм налицо. Ведь пытки, они для чего? Для того, чтобы сдался, выдал что-то или кого-то, правильно? Согласитесь, что умение устоять под пытками есть демонстрация героизма в самом наипрямейшем виде!

Итак, коллега Гаал, значит, у нас имеются герои и не совсем герои, или даже вообще не герои, верно? А я, Дорнель Мадисло, утверждаю, что никаких героев нет! Вообще! Что же есть, спросите меня вы? А есть те самые химические фабрики. Просто одни работают лучше, а другие хуже. И даже не так. Одни фабрики по случайной корреляции генов выпускают преимущественно одну продукцию, а другие — иную.

Так вот! Одна фабрика — по генетическому сбою — дает в организм, а конкретно — в мозг, некую субстанцию. Сейчас не так важно ее название, к тому же вы медик, поэтому в курсе. Так вот, эта субстанция вырабатывается в ответ на некие внешние воздействия. В нашем случае — на пытки, то есть — на боль. Больше надавили палачи — боль усилилась. Тут бы подопечному сдаться, а оно — опс! Фабрика выбросила в мозг некий продуктик. А он — как второе дыхание у спортсмена. То есть, подавил боль, и даже более того, у некоторых временно преобразовал сигнал в свою противоположность. Есть такие натуры болезненные, получающие от боли удовольствие. Вот у них этот контур вообще навсегда закорочен навыворот. Боль у них сразу стимулирует работу химической фабрики на полную. И вместо боли — кайф.

У наших героев нечто в этом же духе. Те, у кого фабрики в мозгу и организме специализируются на другом, сдаются. Выдают всё: секреты родной страны, сослуживцев, жен, родителей, детей. Лишь бы было не больно. Мы говорим о них — трусы. А у бедняг всего лишь химия внутри не той системы.

А у героев, у тех противоположный случай. Ты на них давишь, а у них в мозгу фабрика на полную катушку — ффых! В итоге — вброс эндофинов и прочего в комплекте. И потому, сколько ни дави, а герой этот только смеется над палачами, да так, что у них, бедняг, просто руки опускаются от осознания собственной профнепригодности.

Так вот в чем идея, коллега Гаал! В разведке кто в основном? Герои, правильно? Ну, среди шпионов, имеется в виду. Мы ж с вами под патронажем Министерства Внутренней Безопасности Империи экспериментируем, верно? И вот берут наши славные органы Безопасности этих самых шпионов и начинают вытряхивать из них секреты. А они, гады, упираются. Понятно, что их пытают. Но на некоторых и это никак не действует. А почему? Потому что они герои, скажут профаны. А я говорю, нет! Всего лишь потому, что у них хорошо работает химическая фабрика внутри.