— Совершенно верно, — подтвердил с порога Дилан.

Он стоял в дверях, сунув руки в карманы кожаной куртки. Эрик встал, Шон с Андреа последовали его примеру.

Обменявшись с гостем рукопожатием, Дилан коротко обнял его — так принято у доминантных самцов при встрече с незнакомым альфой. «Приветствую тебя», — говорил этот жест, — но не пытайся заявить права на мою территорию, причинить вред моей подруге и детенышам, или ты умрешь!».

Шон неохотно сделал то же самое. Дилан молча принялся варить кофе.

— Значит, принцесса из рода воинов-фэйри? — коротко бросил он.

Андреа промолчала, только пожала плечами. Она до сих пор не могла переварить эту новость. И ей сейчас менее всего хотелось обсуждать это с Диланом.

— Она у нас любит пошутить, — буркнул Шон, усевшись рядом с Андреа. Он демонстративно положил руку ей на бедро, и Андреа почувствовала, как ее отпустило напряжение.

В глазах Эрика вспыхнула догадка.

— Ах вот оно что… она твоя подруга!

— Пока нет, — возразила Андреа. — Я еще не дала согласия.

Эрик, ухмыльнувшись, покачал головой:

— Чушь… ты его подруга!

В его голосе сквозила такая уверенность, что возившийся у плиты Дилан удивленно покосился на них.

— А у тебя есть подруга? — неожиданно спросил Шон.

Взгляд Эрика внезапно стал пустым — точно такое же выражение было на лице у ее отчима, спохватилась Андреа… и у Дилана тоже, когда он говорил о матери Шона. У нее защемило сердце.

— Была, — коротко буркнул Эрик. — Она умерла, оставив мне сына. Джейсон уже взрослый, по рангу он сейчас третий в нашей стае.

В голосе его сквозила нескрываемая отцовская гордость. Да и понятно — далеко не все сыновья вожаков занимали столь высокое положение.

— А кто второй? — не утерпела Андреа.

— Моя сестра, — с еще большей гордостью объявил Эрик. Это было редкостью — можно было по пальцам пересчитать случаи, когда особи женского пола добивались столь высокого положения — и не потому, что были глупее, а из-за давно устаревших законов оборотней. Еще реже женщины становились вожаками стаи — просто потому, что по закону любой альфа-самец мог их убить, и это сошло бы ему с рук.

— Кэссиди тоже овдовела, — добавил Эрик. — Всего два года назад.

Андреа охватила печаль. Закрыв глаза, она пробормотала короткую молитву, потом накрыла ладонью мускулистую руку Эрика.

— Передайте ей мои соболезнования.

— Спасибо. — Лицо Эрика немного смягчилось. — Сестра будет тронута. Для нее это был тяжелый удар.

— Кстати, это одна из причин, почему ты здесь, — вмешался Дилан. — Шон уже знает, а Андреа… ну, рано или поздно она все равно узнает, — вздохнул он.

Эрик молча кивнул. Так же молча Дилан разлил кофе по кружкам. Ни сахара, ни сливок на столе не было — оборотни пили исключительно черный кофе.

— Эрик приехал из-за ошейников, — буркнул Дилан. — До него дошли слухи, что мы научились блокировать их. Он бы тоже хотел этому научиться.

— Андреа уже в курсе, — покосившись на нее, бросил Шон.

— Да, Шон очень живо продемонстрировал, как это делается, — кивнула она.

Дилан с тревогой глянул на сына:

— С тобой все в порядке?

— Вполне. Могу вздуть Каллума хоть сейчас.

Брови Эрика взлетели вверх.

— У вас тут что, война?

— Наоборот. Стараемся ее избежать, — ухмыльнулся Шон.

— И тут вам на помощь придет твоя принцесса из рода воинов-фэйри?

— Возможно, — усмехнулся Шон.

Андреа, допив кофе, поднялась из-за стола.

— Судя по всему, я вам здесь не нужна. Так что я, пожалуй, пойду. — Она сняла со стола меч, и тот, словно живой, издал какой-то неясный звук — точь-в-точь ребенок, который недовольно ворчит, когда его отсылают спать. — Тем более что дома меня ждут блинчики.

Шон, конечно, проводил ее до двери. Ронан, который по-прежнему торчал на крыльце, с ухмылкой отсалютовал им, но не двинулся с места. Андреа поняла, что он так и останется здесь. Судя по всему, незнакомец не внушал ему особого доверия.

Шон не сделал попытки отобрать у нее меч — как будто признав ее право носить его.

— Не боишься оставлять их наедине? — уже возле дома Глории шепотом спросила Андреа.

— Нет. Похоже, отец держит все под контролем. — Отодвинув ее в сторону, Шон толкнул дверь, первым прошел в дом и только потом кивком головы дал Андреа понять, что опасности нет.