— А то как же. Директор ещё до света мне изложил события. Без доцента и корреспондента Кротова-Забуданского вы — куда? Кто через все заслоны переправит домой беглого матроса, у которого никаких «ксив»?

— Когда ты успел просигналить-то? — изумился Марко.

— Ха! — сказал Пек.

Остальные ребята, кажется, не прислушивались. Глядели то на калитку, то на экран ноутбука. Бабка Тарасенкова что-то жалобно бормотала.

Матвейка Кудряш спросил издалека:

— Пек, а у тебя правда такая карточка?

— Ну… почти. Это кредитная плашка северного банка «Алмаз». Сигналит о том, что на счету остался один доллар. Напоминает… Видите, пригодилась.

Все развеселились. Марко враз поверил, что нет причин для страха. Икира, видимо, тоже. А остальные ничего пока и не знали про Володю…

— Ты зачем позвал-то — напомнил Марко Пеку.

— Я же сказал: насчёт девочки… Пока мои коллеги в северном мегаполисе колдуют над полученными снимками, я здесь поколдовал тоже. С помощью программы «Глаз и карандаш». Глянь…

Марко глянул. Икира тоже…

Ноутбук лежал на верхней ступеньке крыльца. Экран был размером с тетрадку, девочка на нем виделась в полный свой рост. Как и прежде красновато-коричневая, «терракотовая», но без царапинок и выбоин. И без увечий!

Все недавние события отодвинулись в памяти Марко. Теперь впереди всего была девочка. Она стояла в сероватой глубине экрана, как настоящая. Словно можно взять на ладонь.

Пальчиками правой ноги (той, которой на самом деле не было) она упиралась в бугристый холмик, словно замерла в прыжке или танце. Обе руки были согнуты в локтях и разведены. Пальцы левой (которая есть) сжаты в кулачок. Пальцы правой (которой не было) расправлены крылышком. Была и головка. Только без лица.

Его заслоняли прижатые ветром длинные пряди — как иногда это бывает у Славки Тотойко, но гуще…

Кстати, Славка тоже оказалась здесь, подошла и смотрела на экран через плечи других. А рядом с ней — Галка Череда и Кранец.

Пек оглянулся.

— Почти вся компания. Только Слона нет.

— Он отцу помогает, вечером собираются в лиманы, — сказал Икира.

— А я думала, отсыпается после дискотеки… — вставила Славка.

Икира глянул укоризненно:

— Он там почти и не был. Настроил музыку и ушёл…

— Люди, а что про девочку-то скажете? — спросил Пек. — Я, что ли, зря старался?

Все смутились. Наконец Пиксель объяснил:

— Мы молчим, потому что нечего сказать… Пек, она такая, как есть. То есть такая, какой была на самом деле. Точно…

— Пек, ты художник, — выговорил Топка.

— Даже лучше, чем вы с Пикселем, — добавила Славка.

— Славка, ты вредина, — сказал Пек.

— Ага! — обрадовалась она.

Любопытный Кудряш сделал замечание:

— Только непонятно всё-таки, что у неё было в кулаке.

— Может быть, ничего не было… — заметил Кранец. — Сжала, вот и всё. — Наверно, он помнил прежнюю Славкину догадку о хворостине. — А ещё жалко, что лица нет…

— С волосами тоже хорошо выглядит, — сказала круглая Галка Череда. — Выразительно… — И глянула на Славку.

Пек слегка насупился и объяснил:

— Про лицо я думал. И выбирал… Только не знаю, какое подойдёт. Потому и позвал Марко, пусть решает.

— Почему я-то?..

— Ну, ты же нашёл девочку.

— Но не я же её лепил… — пробормотал Марко.

— Кто лепил, мы не знаем. А девочка теперь твоя… А впрочем, смотрите все! Я тут много портретов разыскал в Интернете…

На экране выстроились в два ряда шесть цветных фотографий. Симпатичные такие лица. Ну, просто красавицы!

Две блондинки, две смуглые и темноволосые, одна русая, одна каштановая и с удивительно голубыми глазищами.

— Ну, тут сразу и не скажешь, — деловито заметил Кранец. — Смотреть и смотреть…

— По-моему, вот эта… — показал на смуглую девочку Пиксель. — В древней Греции все, наверно, были такие… тёмные. И нос прямой… И смотрит хорошо…

Пек повернулся к Марко:

— А ты что скажешь?

— Не знаю…

— Ладно. У меня ведь их много, полистаем ещё…

И снова замелькали снимки. Некоторые — мелкие, некоторые — во весь экран. Все оживились. Стало похоже на телеигру «Выбери подружку». Игра — дурацкая, но теперь сделалось интересно.