– Ну, считай, что уже попросил, - нагло заявил Сергей.

– Ну, считай, что ты уже поел, - ответила Элен, и все заржали.

– Да ну ладно вам, ребята, - дайте пожрать, - тупо стал ныть Сергей, настолько он стал костным, привык, что все ему на блюдечке приносили. И теперь его ложная личность не давала ему просто по-человечески попросить жрать. Надувшись, придурок уселся на пол.

– Посмотри, сейчас обида завладевает тобой, - стал Гну помогать дураку в осознавании себя, - отследи, какая часть внутри тебя сейчас включилась, почему ты не можешь проявиться алертно. Но Сергей полностью уснул в своей обиде, что уже ничего не хотел слышать. Понимая трудность, с которой Сергей столкнулся в этой нелегкой практике, жрицы решили пойти ему навстречу.

– Ну, хорошо, не можешь просить, тогда хоть порадуйся, - более мягко сказала Ксива, - у нас такое правило, что никто без экзаменов не жрет. И у всех свои индивидуальные экзамены на проработку тех или иных слабых качеств. Ведь еду тоже надо заслужить.

– Нахера это нужно? – недовольно спросил Сергей.

– Смысл в том, чтобы каждое действие было направлено на развитие, - стала объяснять Аза, - но так как человек - это безвольная скотина, которая постоянно отождествляется со множеством своих слабых частей, и без пинка не хочет развиваться, то некоторые духовные практики привязываются к еде. Пока не сдаешь экзамен на развитие, не жрешь. А жрать человек, естественно, захочет, а значит и практики будет делать. Так что давай, радуйся, это же не сложно.

– Давай, Серый, давай! – стали его поддерживать рулониты.

«Вот, блин, влип, а, - думал Сергей, - надо что-то делать, чтобы не опозориться, че, сложно что ли порадоваться» - подумав так, он встал, распрямил плечи и, натянув резиновую улыбочку, стал подпрыгивать, изображая радость. Но эта радость у него была похожа больше на припадок шизофреника.

– Радостней, веселей, - подбадривали его жрицы, держась от такого зрелища за животы.

– Га-га-га, - базлал сорокалетний придурок, уже не зная, как перекосить свой ебальник, чтобы он всем показался радостным.

– Фу, ну я уже устал радоваться, - сдался Сергей, вытирая со своей сморщенной морды пот, который от такого усердия лился градом, - ну че, я уже, наверное, заработал.

– Э нет, ты так просто не отделаешься, - обломила его Аза, - сейчас ты выдавливал из себя радость, она не была естественной. А в детстве ты круглыми сутками радовался и дурачился, тебе не казалось это сложным.

– Да, вспомни, как в детстве ты играл в индейцев и пукал бабушке под нос, - радостно закричал Сантоша, - давай и сейчас, входи в это состояние, это же так весело.

– Я даже ради такого случая могу побыть бабушкой, - скорчил рожу Гну, чем вызвал новую волну смеха.

– Ну, ладно вам, это же несерьезно, - возразил Сергей.

– Вот и хорошо, что несерьезно, мы как раз тут учимся быть несерьезными и неотождествленными, мы всегда хотим быть детьми, - заметила Ксива, подбадривая закостеневшего придурка, - так что давай, снимай, Серега, штаны и показывай свою жопу бабушке Гну.

– Ха-ха-ха, - угорали рулониты.

Сергею деваться было некуда, жрать-то сильно хотелось. Он повернулся задницей к Гну и, немного оголив свой вонючий дряблый зад, тут же натянул портки обратно под крики и улюлюканья учеников.

– Серега, давай, еще, еще!
– бесновались зрители.

– Не-е-е-е, сегодня с меня хватит, давайте жрать, - уже более в алертном состоянии сказал Сергей.

– Ну ладно, вот тебе последнее задние. Представь, что ты сейчас будешь есть арбуз и начни этому радоваться, - не унималась Ксива.

– Ура, я буду есть арбуз, - заорал придурок, выпучил свои глаза, оголил кривые, железные зубы и стал несуразно размахивать граблями как обезьяна, - я буду есть арбуз!

«Да, вот как нелегко сорокалетнему балбесу радоваться, - подумал про себя Сантоша, наблюдая это убогое зрелище.
– И все потому, что когда-то Сергей решил стать взрослым. Даже порадоваться человек не может. Но, если он будет стараться и каждый раз делать попытки, то он снова сможет обрести такое же состояние как в детстве, тогда ему станет сказочно хорошо. Но для этого ему нужно будет пойти навстречу дискомфорту, который неизбежно будет возникать каждый раз от соприкосновения с ложной личностью. Но пойдет ли Сергей на это? Поживем, увидим. Но я зато теперь знаю, что становиться взрослым очень и очень вредно. Поэтому я никогда не буду таким как Сергей, я буду во всем подражать Гуру Рулону, тогда мне всегда будет легко и радостно», - подумал Сантоша и снова переключился на происходящее. Веселье продолжалось.

– Ну ладно, хреново, конечно, у тебя еще получается радоваться, - сказал Гну, вытирая слезы от столь усиленного смеха, - но за старание можешь пожрать.

Сергей, облегченно вздохнув, поперся на кухню.

– А че жрать-то есть?

– У нас самообслуживание, - обрадовала его Аза, - вон там рис, можешь варить, а там овощи, можешь сделать себе салат.

– Ну-у-у, - протянул Сергей, - я не умею готовить, за мной жена всегда ухаживает, все готовит, подносит.

– У-у-у-у, нет, так дело не пойдет. Тебе же уже 40 стукнуло, а ты даже готовить не научился. Давай, сейчас у тебя великолепный шанс научиться эту немудреному искусству, - сказал Гну, вернувшись с прогулки на катере. Надувшись, Сергей схватил большой огурец и хотел было его начать резать, но тут же себе чуть полпальца не оттяпал.

– А-а-а, - заорал недоделок и, засунув грязный порезанный палец в рот, стал отсасывать кровь, сочащуюся из раны.

– Ну, ты и дурак, а мнишь из себя хер знает кого.

Обиженный Сергей взял недорезанный огурец и стал его жевать, периодически сплевывая кровь, которую слизывал с пальца.

– Ну, ладно, так уж и быть. Чтобы ты совсем с голоду у нас не подох, мы тебе сейчас дадим помощника, - успокоила его Ксива.

– Эй, Синильга, а ну, чапай сюда, - приказала жестко жрица, - сейчас будешь проходить очередной урок «семейного счастья», приготовь жратву Сереге, а то он так проголодался, что собственный палец хотел проглотить, ха-ха-ха.