— Солдат, твою мать!

— И что?!

— А то! Мы давали присягу, Куликов! Мы дали присягу и согласно ей, если ты не помнишь, обязаны защищать гражданское население от врага. И не важно о каких масштабах идет речь: в целом общество и государство или всего несколько человек, как в нашем случае. Понимаешь?!

Вадим поджал губы, чтобы не ляпнуть чего-нибудь совсем уж резкое, тем более, что он уже "на карандаше". Лейтенант сейчас тоже на взводе и тоже может сделать что-нибудь такое, от чего Вадиму станет очень плохо.

"Еще пристрелит к чертовой матери, чтобы другим неповадно с ним спорить было", — подумал он.

— Так что же вы намерены предпринять, товарищ лейтенант? Ведь Бардов прав, завтра, самое позднее к полудню, китайцы нагонят нас и мы ничего не сможем сделать. У нас боеприпасов с гулькин нос… не отобьемся.

— Я все это знаю.

— Тогда таким составом, как сейчас убегать бесполезно.

— Вот в этом ты прав, Куликов, — кивнул Тарков и Вадим почувствовал как окреп голос лейтенанта. Так бывает когда человек принимает какое-то важное решение. — Убегать бесполезно.

— К чему это вы клоните?

— К тому, что убегать больше не будем. Наоборот, мы пойдем им навстречу…

Солдаты недоуменно переглянулись между собой, решая, не спятил ли их командир.

— …Прямо сейчас. — Закончил лейтенант и встал. — Отряд, встать! Смирно! Доложить о наличии боеприпасов, проверить боеспособность оружия!

— Товарищ лейтенант…

— Выполняйте приказ, товарищ младший сержант Куликов! Живо!

Гражданские, что с разных сторон лагеря с подозрением поглядывали на скучковавшихся и о чем-то беседующих солдат, засуетились. Мужики почти одновременно подошли к Таркову.

— Товарищ лейтенант… — произнес первым Иваныч. — Что вы хотите делать?

— Не беспокойтесь, вам нечего опасаться. Мы не бросаем вас… Сейчас мы пойдем назад и нападем на лагерь противника. Нужно уничтожить преследователей, или надолго отбить у них такую охоту, иначе нас завтра изловят.

— Разрешите, я с вами? — буквально потребовал Иваныч, понимая что именно из-за его жены солдатам приходится идти на такой риск.

— Вы?

— Ну да! Почему бы и нет?! Оружие есть! Кое-какая подготовка тоже. Я ведь все-таки служил, кое-что да помню! В конце концов, я тоже хочу внести свой вклад в общую борьбу! Эти сволочи изгнали нас из нашего дома, заставили превратиться в каких-то лесных зверей и они должны за это заплатить. Разве я не прав?!

— Хм-м… хорошо.

— Я тоже иду с вами, — безапелляционно заявил Трофимыч.

— Хорошо. — Уже без паузы сомнения согласился лейтенант.

Пополнение даже такое – ценно. Хотя бы просто потому, что создадут ощущение большей численности напавшего отряда. Ведь, как известно темнота и неизвестность увеличивают силу напавшего в глазах обороняющегося, а значит заставит врага понапрасну впустую тратить боеприпас, растрачивая его в пустоту темного леса.

— Вы переходите в подчинение младших сержантов Бардова и Куликова.

Лейтенант распределил гражданских. Юрию достался Иваныч, а Вадиму – Трофимыч.

— Выдвигаемся. К рассвету мы должны покончить с китайцами.

Еще пять минут на прощание и подготовку и отряд во тьме бодро побежал назад. Определенность вселила в них силы и уверенность. Нападать самому, используя эффект неожиданности всегда приятнее ощущения того что ты убегаешь, тебе уже дышат в спину и вот-вот в самый неподходящий момент откроет огонь на поражение.

Противник оказался неожиданно близко, всего в каком-то часе ходу! Пусть и быстрого ходу, на грани бега и это в темноте, но люди хорошо помнили дорогу, по которой шли днем и это уберегло их от слишком частых падений и, тем более, увечий.

Отряд буквально вылетел на китайский лагерь, и быть бы большому конфузу с самыми плачевными результатами для контратакующих, но тут подвела беспечность, или вернее сказать, самоуверенность китайцев. Они настолько уверились в своей силе, что жгли костры и их огоньки вовремя предупредили нападающих, что они уже пришли.

— Если бы они знали, что так близко подобрались к нам, то вряд ли устроились бы на ночевку и продолжили путь, — произнес Бардов.

— Точно, — согласился Вадим. — Но, к счастью, они не ведают, что у нас есть… сдерживающий элемент и думают, что мы еще далеко.

— Где нам и положено быть…

— Тихо, — оборвал их переговоры Тарков, расчехляя прибор ночного видения. — Я пойду вперед на разведку, после чего составим подробный план атаки на лагерь противника.

Лейтенант, надев на голову прибор и сняв все лишнее, даже оружие, чтобы ничего не мешало и не шумело, исчез в темноте.

Отсутствовал он довольно долго, как неожиданно залаяла собака. Потом вторая и третья. Очевидно, что лейтенанту, как самому опытному профессиональному солдату из всех этого самого опыта скрытного передвижения и не хватило.