Шрифт:
– Он жив?! Горовой?! – перебил шпиона Костя.
Давид кивнул:
– Его увезли в крепость Антиох, это несколько конных переходов отсюда. На него у господина были свои планы. Не знаю, какие именно.
Ану кивнул, и выпрямившийся Нангал обнажил меч.
Давид затрясся:
– Погодите, прошу вас! Я знаю еще кое-что.
Старик пожал плечами. Чернокожий занес руку, примериваясь к шее изменника.
– Про вашего четвертого друга, Захария!
– Стой!!! – Два голоса слились в один.
Нангал опустил меч.
– Только обещайте жизнь!
Ану удивленно посмотрел на скорчившегося у ног человека:
– Посмотрим…
Давид затараторил:
– Тем вечером, после боя. Я все видел! Господин дал мне возможность различать мороки низших, чтобы видеть знаки. Так вот, над телом вашего друга, раненного, но вполне живого, склонились двое из обслуги… Византийцы, греки… Они приложили ко лбу обруч, а потом быстро ушли… Я знаю, что это за обруч! Это – «поцелуй Нергала [97] ». Они выпили душу вашего друга.
97
Нергал – бог, владыка царства мертвых.
Ану заинтересовался:
– Кто они?
– Я видел их среди людей господина, но что их связывает – не знаю… Вы обещали! – заверещал он, увидев, что чернокожий исполин наклонился над ним.
Старик скривился. Хрустнули позвонки, и тело предателя полетело на землю.
– Где Венегор?
Ану махнул рукой:
– За два перехода отсюда, в большой зале. Лежит парализованный, как и все смертные. Я взял первый образ, который пришел мне в голову.
– Почему Мардук так желает получить эту статую?
– Инициатор. – Ану подхватил с земли маленькую палочку-жезл. – Без этой мелочи гак – всего лишь дур-ан-ан, установка для переноса материи. Для передачи структуры живого существа, ануннака или лулу – неважно, нужен этот элемент. Мардук же давно пробует создать существ, способных убить других перворожденных, из числа тех, кого считает противником. Он очень честолюбив, мой внук.
Он устало присел.
– Слишком честолюбив…
7
– Вас отправить домой?
– Сначала друзей найдем.
Чернокожий гигант унес старушку-богиню куда-то в темноту коридоров, так что теперь в зале находились только русичи и старый бог. Участников недавнего нападения можно было не брать в расчет, они по-прежнему лежали на полу, охваченные летаргией.
– Не дурите. Вокруг толпы стражников и низших. Если малышка захочет, она их уберет, но и без этого на дорогах полно опасностей. Ведь я вас больше охранять не буду.
– Все равно. Своих не бросают.
Ану хмыкнул:
– Я все-таки бог, и вы мне послужили. Так, может, вы хотите что-нибудь от меня получить?
Русичи переглянулись:
– Как насчет того, чтобы друзей наших вернуть?! Захара и Тимофея?
Ану развел руками:
– Иногда вы переоцениваете даже бога… Если они вам дороги – будете искать сами…
Костя нахмурился.
– А с этими что будет? – Он указал на тела крестоносцев и мятежных посвященных.
Старик ответил не задумываясь:
– Это не мое и не ваше дело… Они напали на жилище богини, она и будет решать их судьбу.
Пауза затянулась.
– А можно домой смотаться?
– Все-таки домой?!
– Нет… Не насовсем. Так – по мелочи прибарахлиться… А то не осталось уже припасов. Да и сами говорили – врагов многовато.
Старик усмехнулся:
– Ну что же… Если только туда и обратно? – Он окинул взглядом постамент. – Кто из вас в самом далеком времени был? Родился позже всех? Ты, Костя?
Малышев кивнул:
– Я.
– Вы попадете в твое время плюс столько, сколько надо, чтобы очередной любопытный запустил механизм переноса. Обратно я выдерну вас еще до рассвета, как только восстановятся блоки зарядки.
Улугбек Карлович удивленно переспросил:
– Так мы там будем только несколько часов?
– Не волнуйтесь. Там вы будете столько, сколько нужно… Но сюда вернетесь, потеряв полчаса… И дальше разбирайтесь сами…
Малышев и Сомохов переглянулись:
– Согласны.
Старик стал серьезным. Он повернулся к постаменту и принялся нажимать на знаки, выбитые на поверхности металла.